Книга Убийства по книге, страница 63 – Эми Шаумберг

Иэн обычно редко занимался самокопанием, предпочитая анализировать поведение других людей и представляя, что они скажут и сделают, если надавить на них или начать убеждать в допросной. Он мог отследить их поступки, обнаружить ошибки, разгадать мотивы – но никогда не чувствовал потребности таким же образом препарировать собственные действия. Ему казалось, что все и без того прекрасно. Он вырос в семье среднего достатка и провел детство в пригородном коттедже. Затем выучился и присоединился к силам правопорядка, где работал, не поднимая головы и сохраняя спокойствие, пока не дослужился до детектива: сперва по административной поддержке, потом в отделе по борьбе с незаконным оборотом наркотиков и, наконец, в отделе по расследованию убийств. Еще в тринадцать лет Иэн решил, чем именно хочет заниматься, и прекратил задаваться вопросами: поставил перед собой цель и просто шел к ней…

Он вытащил из холодильника пиво и осушил половину бутылки одним глотком. Фундамент выстроенной жизни начал трескаться, когда убили Зою. И сотрясся до основания при взгляде на лицо Сары Уэстон. Вся конструкция затрещала при встрече с Эммой. Ее нервозная улыбка и каждое произнесенное слово ослабляли крепи. Стены надломились, когда пришлось обидеть ее и убить надежду тем вечером на совместном ужине. Окончательно же все рухнуло, когда Иэн выгнал девушку из полиции. Он снова попытался залить пивом воспоминание о выражении ее лица, гневном, возмущенном и решительном, когда она отвернулась и направилась к выходу.

Однако, раз за разом прокручивая в голове их обсуждение, Иэн убеждался в своей правоте. Его чувство вины по отношению к Зое смешивалось с эмоциями по поводу этого дела в клубок, который слишком запутался. И все же сейчас хотя бы перед самим собой, в тишине пустой кухни, Иэн мог признать, что страх за Эмму отличался, воспринимался более личным. Позволить ей помочь с расследованием означало бы подвергнуть ее опасности как физической, так и психологической. И в этом случае не осталось бы никаких отговорок, какими бы мог успокоить себя Иэн. Эмма не понимала, о чем просила, и он правильно отказал ей.

Он допил остатки пива – не беда, еще одна бутылка есть. Проблема заключалась в другом: ему хотелось согласиться. Тогда бы заинтересовавшая его девушка могла продолжать благодарить за доверие и испытывать энтузиазм. Тогда она могла бы продолжать делиться знаниями и интересами. Небесам известно, как отчаянно он этого жаждал. Но не мог подвергнуть ее опасности.

Духовка звякнула, сигнализируя о готовности. Иэн сунул внутрь замороженную еду, после чего взял еще пива, ушел в гостиную и упал на диван, отодвинув в сторону пиджак, закинув ноги наверх и опустив голову на подлокотник. Мысли снова вернулись к тому вечеру, когда Эмма заглянула в гости. А ведь все могло закончиться иначе. Не исключено, что даже поцелуем, если бы Иэн повел себя по-другому. Или даже чем-то более серьезным. Он задумался, не позвонить ли ей, чтобы попросить дать еще один шанс. Если она оставила идею помочь с расследованием, то не все потеряно. Затем он в очередной раз вспомнил того светловолосого красавчика, которого видел в ее компании на выставке. Вероятно, тоже профессора. Привлекательный, без сомнения, умный – он подходил Эмме куда лучше измотанного детектива. Вот только она не захотела позвонить тому щеголю, когда нуждалась в помощи, а предпочла обратиться к Иэну. Может, лишь потому, что он оказался рядом. На секунду ему захотелось помечтать – солгать себе, – что если бы он раскрыл дело, если бы продолжал двигаться вперед, как всегда, то тогда они могли бы забыть о случившемся на неудачном свидании и вернуться к тем первым мгновениям, до того как Иэн рассказал о своей профессии, до ограбления, до фотографий, до ссоры.