Книга Убийства по книге, страница 60 – Эми Шаумберг

— «Смерть красивой женщины, без сомнения, самая поэтическая тема в мире» ^[29], – пробормотала Эмма. Затем заметила гримасу отвращения Кэролин и пояснила: – Это По так считал.

— Странноватый тип, – поморщилась та. – Но в нашем деле реальную девушку убил реальный преступник.

— Вряд ли он воспринимал ее как личность, – прокомментировал Найалл почти извиняющимся тоном. – Скорее как расходный материал, если вы правы насчет символизма. А потому и смерть считал своего рода искусством.

Эмма провела пальцем по изображению желоба, вызывая в памяти лицо, обрамленное водой, и пустой взгляд погибшей девушки в мутном содержимом.

— Для нее все случившееся было настоящим.

Профессор психологии прикоснулся к руке Эммы, словно молча спрашивая, все ли у нее хорошо. Она слегка улыбнулась в ответ.

— Итак, что теперь? – поинтересовалась Кэролин. Компаньоны недоуменно воззрились на нее. – Я хочу сказать, Эмма уже попыталась поделиться своими теориями с полицией и получила от ворот поворот. Нам нужно дать им нечто более весомое, чем психологический анализ ванной.

— А у тебя еще осталась возможность взглянуть на фотографии? – уточнил Рори у главной зачинщицы мозгового штурма.

— Нет, – призналась она. – Именно поэтому я показывала тебе набросок.

— Нужно увидеть нечто большее, чем черно-белое изображение, – продолжил Рори, подливая масла в огонь.

Кэролин взяла газету, пролистала до самого конца, где в левом нижнем углу шел список имен, и вздохнула:

— Проклятье! Послушайте, я все еще думаю, что наша затея крайне неудачная, но… могу уточнить, знает ли что-нибудь Чарли. Она упомянута в редакционной коллегии.

— Кто? – переспросил Рори после секундной заминки.

— Моя соседка по квартире. Такая невысокая, рыжеволосая – вы встречались. И не раз. Она раньше работала в студкомитете. – Когда начальник с извиняющимся видом пожал плечами, Кэролин повернулась к Эмме: – Она проходит стажировку в «Независимой газете» для получения опыта, так как учится на журналиста.

— Попытка не пытка, – согласилась та. – Если ты не возражаешь нам помочь.

— Мы могли бы посетить место преступления, – предложил Найалл. – Первоисточники – всегда самый лучший способ получить информацию.

— А вы знаете, где все произошло? – поинтересовалась Эмма.

— Очень плохая идея, – смерив ее негодующим взглядом, немедленно провозгласила Кэролин. – Я думала, ты решила оставить полевую работу полиции.

— Вряд ли убийца до сих пор там прячется, – возразил Рори. – Уверен, мы сумеем отыскать нужный амбар. В конце концов, он большой и со всех сторон оклеен желтой лентой. Если мы не справимся с задачей, то можем считать себя никчемными детективами.

— Мы и не детективы, – подчеркнула Кэролин.

Однако Рори с Найаллом уже вскочили с мест, явно горя нетерпением приступить к поискам.

Эмма чуть медленнее последовала их примеру.

Когда они шагали к выходу, она ощутила прилив того же предвкушения, что и за день до того. Снаружи лужайка выглядела чуть потускневшей из-за наползавшей осенней тьмы. Рори с Найаллом обсуждали процесс дальнейшего расследования. Иногда в беседу вмешивалась Кэролин. Однако Эмма немного отстала от них, занятая собственными мыслями об Элизабет Сиддал. Она хорошо знала музу для картины «Офелия» Милле, так как провела не один летний день в Лондоне, поглощенная мрачной красотой полотна, и могла с легкостью представить рыжеволосую девушку в серебристо-синем платье, которая погружалась в ручей, и ее руки, сложенные будто в молитве. Хотя впервые в голову закралась мысль, было ли холодно Офелии, пока вода утягивала ее на дно.