Книга Восьмой свидетель, страница 194 – Стив Кавана

Я подался вперед:

— Во-первых, у меня нет против тебя никаких улик. Во-вторых, как уже говорил, я знаю, как устроен этот город. Я не могу этого изменить. Я представляю интересы людей, которых ложно обвиняют в чем-либо. А иногда – интересы людей, которые совершили ошибку и попали в беду. Если они поднимут руки и признают свою вину, я готов помочь им изменить свою жизнь. Все совершают ошибки. Ты вот совершил ошибку, отправившись по мою душу. Если отменишь заказ, я готов дать тебе второй шанс, но только при определенных условиях.

Какое-то время Бьюкенен внимательно изучал меня. Как будто пытался прочесть мои мысли. Он ожидал, что я приду сюда и буду упрашивать сохранить мне жизнь, молить о пощаде и предлагать ему тысячи долларов, только чтобы он снял меня с крючка. Теперь Бьюкенен оказался в совершенно другом положении. Я сказал, что позволю ему отменить заказ на свою голову, но сначала он должен кое-что для меня сделать.

— На каких условиях?

— Я готов заключить перемирие с одним условием. Если ты опять явишься за мной или за кем-нибудь из моих людей, я убью тебя. Ну как – заметано?

Мне показалось, что я уловил легкую дрожь страха. Нечто такое вроде и вправду промелькнуло у него в глазах. Глянув на худощавого, он приказал ему:

— Отмени заказ на Флинна. А потом подгони машину. Нам надо повидаться с Беном.

— Позвони этому рождественскому дедушке, – добавил я. – Скажи ему, что контракт расторгнут.

— Он первый в списке, – бросил Бьюкенен, после чего встал, собрал фотографии и направился к выходу. Я услышал, как сработал механизм подъемных дверей.

— А «Телегид» тебе не нужен? – спросил я вдогонку.

Ответа не последовало. Он уже поднырнул под дверь.

Я откинулся на спинку стула, выдохнул и разжал кулаки. Все было чертовски близко. Слишком уж близко.

Я покрутил плечами, чтобы снять напряжение. Встал.

Наконец-то все осталось позади.

Но я ошибался.

Чьи-то шаги позади меня.

Я обернулся.

Пригнувшись под все еще гудящими и пощелкивающими роллетными дверями, в гараж вошли четверо мужчин. Черные футболки. Джинсы. Ботинки. Армейские брюки цвета хаки. Тактические жилеты. Один из них вышел на свет, и я увидел татуировки в виде змей, которые обвивали обе его руки, изогнувшись восьмеркой.

«Восемьдесят восьмые».

У фигуры впереди на бедре висел пистолет. У него были длинные волосы, собранные в конский хвост. Я принял его за главаря.

— Бьюкенен отменил заказ, – сказал я.

— Мы уже и сами это поняли, поскольку ты все еще дышишь, – отозвался главарь. – Деловые соображения тут ни при чем. Дело исключительно в удовольствии.

Один из его спутников нажал на кнопку управления дверями. Они перестали подниматься. И поехали вниз.

Я отошел от стола и засунул руки в карманы пиджака.

— Я вооружен. Лучше проваливайте подобру-поздорову, – предостерег я.

Главарь рассмеялся.

— Ты не вооружен, разводила. Я видел, как парень Бьюкенена обшмонал тебя с ног до головы. Твои люди упекли за решетку двух наших друзей – Грейди Бэнкса и Бутча.

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

— Еще как имеешь! А еще мы потеряли одного славного парня возле отеля «Кардозо». Один из твоих людей чуть не отхватил ему ногу, и он истек кровью. Так что речь сейчас не про наш гонорар, деловой. Речь о справедливости.