Книга Невольный свидетель, страница 67 – Таня Грант

— Это был всего лишь косяк, — на этот раз слова Джеффа звучат твёрже, в них слышны гнев и защита.

— Это явно не от марихуаны, — снова отстранённый, холодный тон. Как будто Брент смотрит фильм чужими глазами, а не своими. — Это от чего-то другого.

Джефф проводит рукой по волосам и шагает по снегу.

— Ничего другого быть не может, — говорит он. — Всё законно, честно.

Но ясно, что что бы ни произошло, это должно было быть связано с косяком, который только что выкурил Нэш. Жестянка Джеффа с принадлежностями для курения валяется открытой на земле, брендированная зажигалка и прочее содержимое разбросаны у наших ног.

— Ну же, Нэш, оживай… — причитает Сидни, но что бы ни делала Люси, это не помогает.

Нэш, обычно душа вечеринки, самый настоящий художник среди нас, лежит окоченевший и неподвижный у моих ног.

Через несколько минут Люси садится на корточки и смотрит на нас, печально мотая головой. Всё блестящее волшебство, которое принёс ей макияж, исчезло. Она выглядит замёрзшей, испуганной и убитой горем, и я не могу отделаться от мысли, что даже если бы мы позвали кого-нибудь на помощь, было бы уже слишком поздно.

— Он… — Люси задыхается, и всё её тело сжимается само по себе.

Моё сердце продолжает колотиться, что резко контрастирует с тем, как грудь Нэша отказывается подниматься. Никто больше не знает, что сказать, поэтому мы сидим на снегу в ошеломлённом молчании, которое, кажется, длится целую вечность.

Нэш так и не просыпается.

Нэш неподвижно лежит у моих ног.

— Он мёртв, — шепчет Сидни.

Оттого, как она это произносит, когда по её великолепному лицу катится слеза, создаётся впечатление, что она играет в одном из своих фильмов ужасов — так прекрасно, трагично и жутко.

Это уже слишком — меня пробирает леденящий шок. Тело проделывает странную штуку: когда я приказываю ему сидеть спокойно, оно не может перестать трястись. Всё в груди словно рухнуло, сердце провалилось в такую глубокую пустоту, что его невозможно извлечь.

— Мне это не снится? — переспрашивает Кейтлин.

Меня охватывает непреодолимое чувство неудачи, и я не могу заставить себя взглянуть на Нэша. Нэш, который слушал меня, приветствовал и заботился обо мне. Нэш, который всего несколько минут назад подарил мне возможность почувствовать себя красивой.

Нэш, которого я не смогла спасти.

Мёртв.

В голову врывается ещё одна неприятная мысль: я прижималась губами к холодным, безжизненным губам Нэша. Я делала ему искусственное дыхание рот в рот, когда он был уже мёртв.

Я едва успеваю отползти от его трупа, прежде чем меня рвёт на снег.

Кейтлин издаёт звук, как будто её тоже тошнит.

Мне стыдно за себя и свою реакцию, но я не смогла сдержать внезапного приступа тошноты. И тогда я тоже прихожу в ярость, потому что меня вырвало тем немногим, что было у меня в желудке, а у нас нет лишней еды.

— Блин, блин, блин… — бормочет Брент, поднимаясь на ноги и принимаясь расхаживать по снегу. — От чего, блин, с кем-то может произойти нечто подобное? Всё произошло настолько быстро.

— Героин? — предполагает Кейтлин.

— Фентанил, — серьёзно говорит Сидни. Её глаза расширены от шока, волосы растрёпаны ветром из-за бега по снегу. — Я видела документальный фильм. Наркоторговцы мешают его в другую наркоту, и вы можете не знать, что принимаете его, — она всхлипывает. — Даже самая малая доза может оказаться смертельной.