Книга Тёмные очки, страница 37 – Джон Диксон Карр

— Она была зеленая, – сказала Марджори, полуприкрыв глаза и устремив их в потолок. – Она была зеленая, зеленая, зеленая! Продолжайте, пожалуйста.

Эллиот взял свой карандаш.

— Тогда следующий вопрос. «Какие предметы я взял со стола? В каком порядке?» Какие предметы, – пояснил Эллиот, – взял мистер Чесни со стола сразу, как только сел в кресло, и в каком это было порядке? Мисс Уиллс?

Марджори ответила сразу же:

— Я вам уже говорила. Как только он сел, он взял карандаш и сделал вид, что пишет им на бюваре, потом положил его снова на стол. Затем взял ручку и тоже сделал вид, что пишет. Он отложил ее в сторону как раз в тот момент, когда вошло это чудище в цилиндре.

— А что скажете вы, мистер Хардинг?

— Да, все верно, – подтвердил Хардинг. – По крайней мере, первая часть. Он взял карандаш – был он темно-синий или черный, – потом положил его на место. А вот второй предмет – не ручка. Это тоже был карандаш примерно такого же цвета, только покороче.

Снова Марджори повернулась к нему.

— Джордж, – сказала она, не меняя тона. – Ты нарочно это делаешь, чтобы мучить меня? Пожалуйста, скажи, мне важно знать. Неужели так обязательно придираться к каждому моему слову? – Затем она воскликнула: – Я знаю, это была ручка. Я видела маленькое перышко и колпачок на ручке: она была темно-синяя или черная; совсем небольшая ручка. И не пытайся, пожалуйста…

— Ну, если ты так ставишь вопрос!.. – проговорил Хардинг тоном, в котором обида смешивалась с высокомерием. Он посмотрел на нее своим «красноречивым» взором, и, к великой досаде Эллиота, выражение ее лица изменилось, стало тревожным. Воображению Эллиота представилась картина «Пара влюбленных», в которой юношеское обаяние Хардинга подчиняет своей тиранической воле умную, но влюбленную женщину и делает с ней все, что ему угодно.

— Прошу прощения, – сказала Марджори. – И все равно – это была ручка.

— Карандаш.

— А что вы скажете, профессор Ингрем? Карандаш или ручка?

— По правде сказать, – ответил профессор, – это было ни то ни другое.

— Господи помилуй! – прошептал майор Кроу совсем по-домашнему, словно он был не официальным лицом, а просто обыкновенным человеком.

Профессор Ингрем поднял руку.

— Неужели вы не понимаете? – спросил он. – Неужели вам не становится ясно, что все это – сплошные трюки и ловушки? Чего вы, собственно, ожидали? – В его голосе послышалось легкое раздражение. – Маркус просто подстроил вам самую обыкновенную ловушку, и вы в нее попались. Сначала, как вы правильно сказали, он взял обыкновенный карандаш и сделал вид, что им пишет. Это подготовило ваш ум. Затем он взял в руку предмет, который не был ни карандашом, ни ручкой, хотя по виду и по размеру вполне мог сойти за карандаш, и сделал вид, что пишет им. В вашем мозгу немедленно возникла психологическая иллюзия, что перед вами карандаш или ручка. Но разумеется, это не то и не другое.

— Тогда что же это? – спросил Эллиот.

— Я не знаю.

— Но…

Невинные глазки Ингрема сверкнули.

— Спокойно, инспектор, – попросил он каким-то совсем непрофессиональным тоном. – Я обещал вам сказать, в чем заключается фокус. Я обещал указать, что здесь не так. Но я не обещал сказать, что именно он взял со стола, и, должен признаться, я этого не знаю.

— Но разве вы не можете это описать?