Книга Чай со смертью, страница 47 – Элиот Локсли

— Конечно, если что-то вспомните и захотите поделиться, приходите. Я остановился в «Гербе и Короне». Меня зовут мистер Смит.

Когда он вышел, Джейн прислонилась к стеллажу, ощущая, как дрожат ее руки.

— Элли, – прошептала она, – он знал о тетином интересе к аптеке, это не коллекционер.

— Или очень настойчивый коллекционер, – парировала Элли, но ее лицо было серьезным. – Или кто-то, связанный с Лукасом. Наверное, тот самый «незнакомец» из записи Агаты.

Джейн поняла, что игра началась. На этот раз охотились на нее. Таинственный гость знал о ней достаточно много, а она о нем – ничего.

Вечером, закрывая чайную, Джейн обнаружила у задней двери смятый клочок бумаги. На нем было написано: «Любопытство – опасное качество. Ваша тетя поняла это слишком поздно».

Она резко оглянулась. Темная улица была пуста, но Джейн физически ощущала на себе чей-то взгляд. Кто-то наблюдал за ней так же, как когда-то следил за Агатой.

Она заперла дверь на все замки. Покой, на который она так надеялась, снова был разрушен. Однако теперь страх смешивался с решимостью. Она не позволит этому таинственному господину Смиту или Лукасу Эмбри запугать ее. Нужно продолжить расследование ради тети Агаты, ради себя и ради спокойствия, которого этот город заслуживал.

Она поднялась в свою комнату, твердо зная, что завтра начнет собственное расследование. Она найдет Лукаса Амброуза-Эмбри и узнает, какую роль во всем этом играет мистер Смит. И если они действительно были причастны к смерти ее тети… они пожалеют об этом.

Угроза Лукаса Амброуза-Эмбри не давала Джейн покоя. Весь день ее мысли были далеко. Она постоянно возвращалась к заметкам тетушки, выискивая новые намеки. И нашла: на обороте последней страницы неразборчивым почерком было написано: «Л. ищет “Рецепт Силена”. Думала, это легенда. Ошибалась». Миф становился жестокой реальностью.

Необычное обозначение «Рецепт Силена» звучало как название алхимического трактата или старинного яда. Элли, к которой Джейн немедленно обратилась, лишь развела руками.

— Вчера услышала о нем впервые, – задумалась Элли. – Вообще, в старые времена фармацевты часто занимались алхимией и созданием ядов. Силен – это греческий бог опьянения, символ забвения. Неоднозначное название.

Когда чайная опустела, Джейн не могла усидеть на месте. Предупреждение Марлоу не выходило у нее из головы, но любопытство и чувство долга перед тетей оказались сильнее. Она не будет лезть в аптеку, просто посмотрит и убедится, что там никого нет.

Она вышла на улицу. Ночь была безлунной и ветреной, фонари отбрасывали на мостовую длинные тени. Преодолев немалый путь и подойдя к цели, она замерла у соседнего дома. В аптеке было тихо и темно.

«Вот и хорошо, – подумала Джейн с облегчением. – Значит, Мэри показалось».

Тут же в окне второго этажа мелькнул тусклый свет, будто от фонаря, прикрытого тканью. Сердце Джейн упало, старушка была права. Кто-то был внутри.

Она прижалась к стене, стараясь дышать беззвучно. Свет двигался, выхватывая из темноты очертания полок, заставленных склянками. Вдруг она услышала приглушенные голоса. Их было двое!

— …должен быть здесь, – раздраженным тоном сказал один. – Он не мог его просто выбросить.

— Мы обыскали все, Лукас, – ответил второй, молодой и нервный. – Может, он его уничтожил? Или спрятал где-то еще?