Книга Странные картинки, страница 81 – Укэцу

Позже тем же вечером он встретился с Куратой перед домом Наоми. Вместе они поднялись на шестой этаж. Курата затаился в углу коридора, а Кумаи позвонил в квартиру Наоми. Через некоторое время изнутри ответили:

— Да-да, сейчас открою!

В дружелюбном женском голосе чувствовалась фальшь.

Томико Хагио

Задержанная 24 апреля по обвинению в нападении Наоми Конно подозревается в причастности к ряду убийств. Полиция продолжает расследование. Наоми Конно…

Томико Хагио положила газету на стол и, пытаясь унять дрожь, глотнула зеленого чая из бутылки. У нее взмокли подмышки.

— Наоми… Почему…

Хагио открыла сворки шкафа в своем кабинете: там хранилось несметное количество результатов психологических анализов, которые она проводила, еще будучи практикующим психологом. Спустя несколько часов поисков женщина обнаружила рисунок. Несколько десятков лет назад его нарисовала Наоми Конно, девочка, которую отправили в исправительное учреждение за убийство матери. Увидев тогда этот рисунок, Хагио решила: «У нее есть шанс вернуться в нормальной жизни».

Ветки дерева были заострены, что указывало на непокорный и агрессивный характер. При этом в дупле девочка изобразила милую птичку-рисовку. Эта деталь привлекла внимание Хагио: «У девочки доброе сердце, она стремится оберегать слабых. Общение с животными поможет ей справиться с агрессией и смягчит ее характер». Такое заключение дала Хагио после сеанса с Наоми.

Но… Сейчас, когда она снова посмотрела на этот рисунок, ей в голову пришла совсем другая интерпретация. Что, если все было наоборот? Что, если острые ветки защищали птичку? Вдруг дерево символизировало саму Наоми? Безжалостную убийцу, которая не остановится ни перед чем, чтобы защитить слабых. Хагио бросило в дрожь. Она ругала себя за беспечность, с которой в юности отнеслась к этому рисунку.

Интересно, если попросить Наоми сделать такой рисунок снова, что у нее получится? Какими она изобразит ветки на этот раз?

Исаму Кумаи

— Ну все! Рана полностью затянулась, бинт можно снимать. Завтра будем вас выписывать! – прогнусавила медсестра, летящей походкой направляясь к выходу из палаты.

«С этим белым потолком тоже придется попрощаться?..»– подумал с легкой грустью Кумаи. В этот момент из соседней палаты, скрытой за шторкой, донеслось:

— Господин Кумаи, вас уже выписывают? Поздравляю!

Это говорил парень, которого положили в больницу несколько дней назад с переломом ноги. С ним оказалось так легко и приятно общаться, что Кумаи, обычно неразговорчивый, сам не заметил, как рассказал ему… Что он работает в редакции газеты, что раньше был журналистом, что у него вторая стадия рака пищевода и много чего еще.

— О, спасибо!

— Но, когда вы выйдете отсюда, вам придется сразу ложиться на операцию, да? Ужас…

— Нет. Я решил ее не делать.

— Что? Почему? Вам же без нее недолго осталось…

— Мне шестьдесят пять. Допустим, я выиграю себе несколько лет, но какой в этом смысл? Я уже говорил: семьи у меня нет, а жить одному мне наскучило.

— Да ладно вам, есть же куча вещей, которыми интересно заниматься и в одиночку. Можно, например, попробовать дайвинг или скалолазание…

— Ну-ну… Ты что, серьезно?

— К тому же, по-моему, вам еще предстоит кое-что сделать, господин Кумаи.

— Что именно?

— Позаботиться о Юте, внуке Наоми Конно, которую вы помогли задержать.