Книга Странные картинки, страница 50 – Укэцу

— Я даже не знал… Только слышал, что Тоёкаву в глубине души раздражало упрямство учителя Миуры. Но чтобы так отзываться о его способностях…

— Корнями эта неприязнь уходит далеко в прошлое. Насколько я знаю, Тоёкава с детства великолепно рисовал, он сдал вступительные экзамены в художественный университет на высший балл и произвел такое сильное впечатление на приемную комиссию, что ему предложили выступить с речью на торжественной линейке первокурсников. Господин Миура, наоборот, еле-еле прошел отбор, его имя было в самом низу списка зачисленных студентов. Он сам часто со смехом припоминал эту историю. Они учились на одном курсе, но при этом господин Миура брал уроки рисования у Тоёкавы и считал его своим наставником.

— Надо же.

— А когда они закончили вуз, то будто поменялись ролями. Тоёкава устроился в дизайнерское бюро в Токио, но работа там оказалась совсем не такой интересной, как он себе представлял. Отношения с коллегами у него не складывались, так что через несколько лет он уволился. Когда у него были трудности с поиском новой работы, его выручил учитель Миура. Он не только помог Тоёкаве трудоустроиться, но и предложил подрабатывать внештатным преподавателем художественного клуба. По натуре Тоёкава – человек гордый, и, как я понимаю, ему было тяжело принимать помощь от человека, которого он когда-то сам обучал. Но это только мое предположение.

— Нет-нет, спасибо, что поделились! Вы так много знаете о Тоёкаве… Может быть, вам случалось общаться с ним и за пределами художественного клуба?

— Да… Мы часто виделись с ним в доме семьи Миуры.

— Что?! Как?

— Когда учитель Миура погиб, я стала часто навещать его жену. После смерти мужа на нее столько всего свалилось, поэтому я приходила помогать ей с готовкой или присмотреть за ребенком.

Ивата был в недоумении. Да, будучи куратором художественного клуба, Миура многому научил Камэйдо, но все равно трудно представить, чтобы школьница стала так стараться ради родственников своего погибшего учителя. Тем более она говорила, что терпеть не могла Миуру…

— Там я часто пересекалась с Тоёкавой. Он постоянно приносил мясо, рыбу и другие продукты.

— Ого! Значит, хоть он и ругал учителя Миуру на уроках, семье его все-таки помогал.

— Нет… не совсем… Он кое-чего добивался…

— Добивался?

— Я замечала, что он бросает на жену учителя Миуры сальные взгляды, и несколько раз видела, как он к ней пристает.

— Правда?!

— Да. Она очень его боялась… А я не знала, как ей помочь…

Из рассказа Камэйдо становилось все очевиднее, насколько гадким человеком был на самом деле Тоёкава. Ивата укрепился в своих подозрениях на его счет. Впрочем, к Камэйдо у него тоже появились вопросы.

— Спасибо, что поделились, для меня эта информация очень важна. И если можно… у меня остался последний вопрос. Как вы относились к господину Миуре?

— То есть?..

— После того как его не стало, с вами общался один журналист… И вы сказали ему, что терпеть не могли учителя Миуру. Тем не менее вы помогали его семье… Переживали за его жену… Почему?

Камэйдо опустила глаза и, смешавшись, ответила:

— Он был мне дорог.

— Что?

— Учитель Миура был мне очень дорог. Но… я не врала, когда говорила, что терпеть его не могу… Мне многое в нем не нравилось, он постоянно на меня срывался… Но вместе с тем он стал для меня очень близким человеком… Кроме него, у меня никого не было.