Книга Странные картинки, страница 31 – Укэцу

— Здесь спит твоя мать, Юта. Она умерла, когда ты появился на свет.

— То есть?.. Моя мама жива!

— Ну да, мама. Но кроме нее, у тебя есть еще и мать.

Тогда Юта едва ли понял, что имел в виду отец. Ему сложно было представить, как у него одновременно может быть и «мама», и «мать». Мама всегда заботилась о Юте. Она была добрая, веселая, иногда строгая. Юта любил маму больше всего на свете. Он даже запомнил ее имя: Наоми.

А эта «мать»… Кто она такая? Юта ни разу не видел ее, не знал, как ее зовут. Но все равно почувствовал, что она, должно быть, очень важна и для него, и для его папы. Похлопав по соломенной шляпе Юты, папа сказал:

— У меня к тебе просьба. Никогда не упоминай «мать» при своей маме. Обещаешь?

— Х-хорошо…

— Спасибо. Если захочешь что-то узнать о ней, лучше спроси у меня. Я все тебе расскажу. Обещаю.

Только папа умер, не успев выполнить свое обещание, поэтому единственным воспоминанием Юты о матери остался тот разговор с отцом перед ее могилой.

Со временем мальчик запрятал его в самый дальний уголок своего сознания. Наверное, затем, чтобы не ранить маму. Но спустя несколько лет Юта вспомнил… Вспомнил, что у него есть «мать». И что она спит в могиле.

* * *

А через несколько дней после того, как Юту научили писать иероглифами свое имя, произошло вот что. На занятии по рисованию воспитательница сказала:

— Совсем скоро День матери! Поэтому сегодня мы будем рисовать подарки для ваших мам!

Юте задание не очень понравилось. Он немного дулся на маму: накануне вечером она сильно отругала его из-за рисунков.

Когда мальчик взял в руки мелок, у него в груди все вскипело от негодования. Он задумал подшутить над мамой и вместо нее изобразить на рисунке «мать». Таким образом Юта хотел показать свою обиду за вчерашнее. Мальчик начал рисовать могилу – это была его единственная ассоциация с матерью. Но… в процессе он передумал.

Юте показалось, что если мама увидит этот рисунок, то очень расстроится. Поломав голову, он придумал, как убрать с рисунка все следы своей первоначальной задумки. Но после того случая мать все никак не шла у него из головы. Лежа ночью на футоне, он думал: «Вот бы встретиться с матерью», «Хочу сходить к ней хотя бы разок».

И на следующее утро Юта впервые вышел из дома один. Он плохо помнил, как дойти до кладбища, но все равно надеялся, что туманные воспоминания о прогулке с отцом помогут ему добраться до цели.

В результате мальчик дошел до кладбища минут за двадцать, ни разу не спросив у прохожих дорогу и при этом не заблудившись. Иначе, как чудом, это не назвать.

Юта не знал, как правильно выразить свои ощущения словами, но чувствовал, будто какая-то неведомая сила ведет его в правильном направлении.

Когда мальчик подошел к входу кладбища, ворота оказались заперты. Тогда он решил подождать на детской площадке неподалеку, пока их не откроют.

Юта осознавал, что, сбежав из дома, поступил нехорошо, поэтому, чтобы его никто не заметил, спрятался в пластмассовом тоннеле. Это были самые долгие и тягостные несколько часов в его жизни.

Наступило десять часов. Удостоверившись, что ворота открыты, Юта стремглав забежал внутрь. Прижимая руку к сердцу, норовившему выскочить из груди, мальчик искал ту самую могилу. Однако найти ее ему никак не удавалось: кладбище оказалось гораздо больше, чем в воспоминаниях Юты, а всю территорию пронизывала сеть извилистых тропинок.