Книга Актер, страница 142 – Крис Макдональд

Ей смешно. Я схватил ее за запястья.

— Патрик повесился у меня на глазах, – отчеканил я, глядя ей в лицо, каждое слово – гвоздь в крышку гроба.

Несс растерянно заморгала, а может, это светодиодная лента замигала, как свечи в Зале № 1. Доносящееся из холла приглашение пройти в зал заглушил хор из «Реквиема» Форе. Лицо Несс исказила гримаса ужаса; она пыталась сделать вид, что не расслышала, но я видел, что ее мысли уже обратились к событиям той ночи, что она снова заглянула из коридора в открытую дверь Зала № 1 и увидела меня рядом с висящим телом нашего друга.

— Все происходило у нас с Джонатаном на глазах. Это было упражнение, Гамлет писал прощальное письмо матери, прежде чем повеситься. А мы смотрели.

Ее лицо, отражавшее попеременно то шок, то отвращение, разгладилось осознанием, где мы находимся и почему стоим сейчас в подсобке самого известного концертного зала в мире.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

— Это было не самоубийство, Несс, Патрик не хотел умирать. Для него это было упражнение, возможность произвести впечатление на Джонатана и вернуть себе роль Гамлета.

— Но ты его не толкал, Адам. Он… он сделал это сам. Он сам решил.

— Ты же знаешь: когда на тебя смотрит Джонатан, ты ничего не решаешь. Ты не думаешь, у тебя просто нет своей воли. А он его не остановил, не прервал упражнение, не запретил прыгать со стула, обмотав шею занавесом.

Она опустила глаза на свои ярко-оранжевые ногти.

— Даже если и так…

— Я стоял рядом и смотрел.

— Ты оказался не в том месте и не в то время.

— Да ты вообще слышишь, что говоришь? – прорычал я, впиваясь ногтями себе в щеки. Я и сам не понимал, что это – представление для Несс или неподдельные эмоции.

Она схватила меня за руки, сжала вместе.

— Соберись, Адам, черт тебя побери! – рубанула она так, что чуть не откромсала мне запястья. – Ты в шаге от «Оскара». Все, о чем мы мечтали, вот-вот исполнится. Я понимаю твою бурю эмоций…

— Я должен был его остановить.

Я начал плакать, она схватила меня за щеку и смахнула слезу большим пальцем.

— Это было двадцать лет назад. А сейчас ты кому этим поможешь?

Я вырвался и пошел к двери. В коридоре становилось все тише, гости занимали места.

— А что до Райи – девочка больна, это совершенно иная ситуация. Ты не имеешь к этому никакого отношения.

Я улыбнулся невероятной ловкости, с которой она исключила роль Джонатана, наше соучастие из той картины, которая сложилась в голове у Райи, не оставляя той выбора.

— Когда она выздоровеет, я сведу ее с нужными людьми, помогу встать на ноги.

Я опустил глаза в пол.

— Я хотел, чтобы ты знала правду.

— А то, что ты рассказал Эмбер и она записала… Это была… правда?

Я кивнул.

— Ясно, – выдавила она. – Я поняла. Найду Линдона и… э-э…

Она развернулась боком, на секунду потерявшись в пространстве, над ее верхней губой блестела капля пота. Я подумывал сказать, что, возможно, видел Эмбер. Девушка на балконе была ее возраста и похожего сложения; что до волос – она могла и подстричься. Но тут в дверь постучали. Мы переглянулись. Дверь приоткрылась, и в подсобку заглянула Делайла – волосы собраны в элегантный пучок, лицо чуть отекшее после визита к косметологу.

— Вот вы где! – защебетала она с наигранной веселостью. – Церемонию открытия пропускать нельзя, для пряток в чулане еще будет время. Готовы?