Книга Лондонский матч, страница 170 – Лен Дейтон

— Жива и в порядке? Ты уверен?

— Да, уверен.

— Как же так? Кто же она? Может быть, это трюк?

— Я кое-что разузнал о ней от приятеля, который там работает. Все, что она говорит об отце, жившем в Англии, о своем замужестве и всем таком, похоже на правду. Я, конечно, не смог всего проверить, но история, которую она рассказала тебе, – правда.

— Она только забыла упомянуть, что она резидент Демократической Республики и работала на правительство.

— Верно, – согласился Вернер.

— Какая удача, что ты ее засек! Наверняка им кажется, что они хорошо запрятали ее от нас. В самом деле, какова вероятность того, что кто-то, видевший ее на нашей стороне, пойдет за чем-нибудь в городскую ратушу Восточного Берлина?

— Один шанс из миллиона, что я попаду туда еще раз. Я запомнил ее, потому что она помогла мне однажды решить хитрую задачу. Грузовик из Восточной Германии приехал на Запад с грузом. Я все ходил кругами, отыскивая хоть кого-то, у кого было бы разрешение отогнать его обратно на Восток. Это было год тому назад или несколько больше. И вот, на прошлой неделе я снова зашел туда, чтобы получить продуктовые карточки.

— А она тебя не узнала? Она могла видеть тебя в ту ночь, когда мы ее взяли и я заставил ее дать показания.

— Ты вел допрос. А я был снаружи. Я бросил на нее только один взгляд. Я понял, что уже видел ее где-то раньше, но не мог вспомнить, где именно. Я думаю, это лицо не из тех, которое можно забыть. Потом, когда я перестал думать о ней, я попал в ратушу и увидел ее сидящей за столом. На этот раз я внимательно ее разглядел.

— Но она не дилетант, Вернер. Она обставила свою попытку самоубийства достаточно убедительно, чтобы полиция отправила ее в клинику Штеглиц.

— Но копы очень нервничают, когда у них в камерах происходят самоубийства, Берни. Я заглядывал туда. В ту ночь дежурил совсем молодой коп. Он и вызвал «скорую помощь».

— А они потом замели следы, забрав ее из клиники Штеглиц и утопив машину «скорой помощи».

— И это было сделано для того, чтобы второй автомобиль доставил ее на Восток.

— Это им отлично удалось, – сказал я. – Когда я вспоминаю, как в канун Рождества я торчал там на промерзшей набережной, пока они вытаскивали этот проклятый автомобиль «скорой помощи»…

— Надеюсь, ты не собираешься побеседовать с ней снова? Мы не сможем ее взять. Они засунут нас в мешок прежде, чем мы дотащим ее до автомобиля.

— Это будет трудно, да?

— Это будет не трудно, а просто невозможно. Даже не думай об этом, – сказал Вернер.

— Лучше бы ты изложил все это на бумаге, Вернер.

— Я уже набросал кое-что. Но думал, что у меня будет время до моего приезда в Лондон и я сперва покажу это тебе.

— Ценю это, Вернер. Спасибо.

Мы сидели несколько минут молча и пили кофе. Я был полностью поглощен мыслями о том, какие очертания приобретет эта проблема после того, что я сейчас узнал.

Потом Вернер спросил:

— А как все это отразится на Брете?

— Ты не сказал на комиссии, что эта Миллер осталась жива?

— Но ты же предупредил меня, чтобы я не разглашал департаментские секреты. А это мне представляется как раз секретом департамента.

— Итак, этот секрет знаем только мы с тобой, – сказал я.

— Правильно, – отозвался Вернер.

— Но почему так получается, Вернер? Почему они использовали Миллер, чтобы собирать материал?