Книга Лицом к лицу, страница 2 – Кэролайн Б. Куни

Она вспомнила, что в детстве в Коннектикуте родители часто ездили с ней на пляж. Неприятным было то, что ее заставляли учиться плавать. Она боялась глубины и наотрез отказывалась, но родители были из тех людей, которые заставляют делать пугающие вещи. Ханна и по сей день их за это ненавидела. Хотя в секте говорили, что можно больше не волноваться по поводу мамы и папы. Родители – это никто. Теперь секта – ее семья.

Нет, сегодня она на пляж не поедет. Это лишь напомнит о том, что она так сильно хочет забыть.

Женщина вернулась на автобан и долго стояла в ожидании момента, когда можно будет спокойно съехать на трассу и воткнуться в плотно движущийся поток. Ей казалось, что все движутся слишком быстро. На самом же деле она ехала слишком медленно, тормозила движение, и недовольные водители постоянно сигналили.

В какой-то момент Ханна поняла, что уже давно ничего не ела. Ближайший указатель съезда показывал на торговый центр. Она знала, что там будет бесконечно много всего: слишком много магазинов, слишком много покупателей, слишком много шума.

Именно такими были ее родители. Они любили вещи, покупали все, что она хотела, и безнадежно избаловали ее. Именно поэтому Ханне было так тяжело. Это они во всем виноваты!

Она решила, что хочет мороженого. Но когда Ханна увидела цену на вывеске в кафе, все внутри у нее закипело от возмущения. Ей даже пришлось немного пройтись, чтобы успокоиться и перестать злиться. Да как они смеют?! Американское общество такое жадное!

Ханна поднялась на эскалаторе на второй этаж. Она умела воровать в магазинах, но украсть мороженое, порцию которого раскладывали индивидуально, было невозможно. Придется заплатить. Как и за бензин!

У входа в обувной стояла милейшая девочка, на вид ей было около трех лет.

Вообще-то Ханна без энтузиазма реагировала на детей, ей не нравились их липкие ладошки и громкое хныканье. Но эта малышка оказалась настолько милой, с рыжими, почти красными, кудрявыми волосами. Ханна наклонилась и взяла девочку за теплые пальчики. Та лучезарно улыбнулась.

Родители девочки явно были где-то неподалеку. Но, видимо, в ту минуту они не следили за дочерью, иначе бы возмутились, что незнакомка трогает их ребенка. У Ханны в руках оказалась добыча. Ее вдруг охватило такое острое, напряженное чувство, которое обычно возникает, когда дразнишься чем-то на детской площадке.

«У меня есть то, чего нет у вас», – пело ее сердце.

Вместе с девочкой они дошли до эскалатора. Никто из посетителей не обратил на них внимания. Сердце Ханны забилось учащенно, пульс бешено колотил в висках. Если бы у нее были крылья, она бы воспарила до потолка. Угнать машину по ощущениям было гораздо приятней, чем кредитную карту. Но похитить малыша… Еще никогда в жизни она не испытывала такого возбуждения.

— А где мама? – спросила девочка.

— Через минутку подойдет, – ответила Ханна. А даже если и подойдет, она скажет, что нашла потерявшегося ребенка.

«Я – спасительница».

Ханна мысленно рассмеялась, чувствуя себя человеком, диаметрально противоположным спасительнице.

В кафе-мороженом она посадила малышку на высокий стул.

— Какая милая! – воскликнула официантка. – Чудесные рыжие волосы. Видимо, вся в папу.

Девочка заулыбалась.

Недовольная Ханна плотно сжала губы.