Книга Страх и Голод 1, страница 32 – Константин Федотов

— Хорошо, я тогда пошел. – сказал я парню и отправился в нужный мне кабинет.

Синицына Наталья Андреевна, та еще зараза, вся в своего отца. Жесткая, строгая, педантичная и неподкупная. Ее отец долго пытался отправить меня на нары, причем так, чтобы я оттуда уже никогда не вышел, но обломал об меня зубы. А после ушел на пенсию и в один из прекрасных дней допился до белой горячки, а затем трофейным пистолетом вышиб себе мозги. Но ментом он был правильным, все наши его уважали, так как он всегда играл честно, по правилам. А вот его дочка другого поля ягода, ничем не гнушается и легко сама нарушит закон, чтобы упечь кого-то за решетку. У бандитов деньги она не берет, а вот чтобы кому-то добавить срока или подкинуть новых улик, это пожалуйста. Если бы не слово, данное ее отцу, она бы уже давно где-нибудь кормила червей, но мои принципы нерушимы.

— Добрый день, Наталья Андреевна. – поприветствовал я девушку, войдя в кабинет после пары стуков.

— О, кто к нам пожаловал. – наигранно сказала она и указала рукой на пустой стул перед ее столом. – Садитесь. – ехидным тоном добавила она.

— Нет уж, садиться мне не хочется, а вот присяду с удовольствием. – невозмутимо ответил ей я. – Наталья Андреевна, а с вами все в порядке? Выглядите вы как-то не очень хорошо. Может, вам стоит отдохнуть, взять больничный, а может и отпуск? – предложил ей я.

Вид у нее действительно был ужасный, бледная, мешки под глазами, испарина на лбу, вся дрожит, глаза красные, губы синюшные.

— Что есть, то есть, приболела, но ради такого случая решила, что потерплю. – шмыгнув носом, сказала она.

— Какого такого? – делая вид, что не понимаю, о чем речь, уточнил я.

— А вот такого! – громко вскрикнула она, развернув ко мне монитор и запустив на нем запись.

Девушка потянулась рукой к мышке и в этот момент рухнула на стол, а ее тело начало трясти, словно в припадке эпилепсии.

— Наталья Андреевна? Вы в порядке? – спросил у нее я, но ответа, разумеется, не последовало. – Эй, кто-нибудь! – закричал во все горло я и, бросившись к двери, настежь открыл ее. – Але! Человеку плохо! – прокричал еще раз я.

К кабинету подбежал молодой паренек в бронежилете и с сержантскими погонами на плечах.

— Что случилось? – спросил он у меня.

— Мне откуда знать, сидела бледная вся и вот упала! – растерянно ответил я.

— Будьте тут, я позову врача, там как раз скорая приехала. – ответил он и побежал к выходу.

— Вот же гадство! Я еще с ней нянчиться должен! – прошипел я сам себе под нос и вошел обратно в кабинет.

Едва я подошел к следачке, как та затихла. Чисто на автомате прощупал пульс, коснувшись ее горячей шеи, но, увы, таковой отсутствовал.

— М-да, покойся с миром, Наталья Андреевна. – покачав головой, сказал я. – Даже как-то жалко, что ли, молодая совсем была, жить и жить. – с сожалением добавил я и услышал во дворе какую-то суету.

— А чего я стою-то? – спросил я сам у себя.

Найдя взглядом сейф следачки, я быстро обшарил ее стол на предмет ключа и, не найдя такового, залез к ней в карман. И в этот момент она зашевелилась.

— Твою мать! Что за хрень тут происходит! – в сердцах выкрикнул я и отскочил в сторону.

Наталья Андреевна медленно встала на ноги и устремила на меня свой взгляд, только ее красивые синие глаза куда-то делись, они стали белесыми, словно бельмо их затянуло. Из ее рта текла какая-то слизь вперемешку с белой пеной. Она медленно подняла руки вперед, растопырила свои тонкие пальчики так, словно хочет что-то схватить острыми коготками, а затем, издавая звуки, напоминающие то ли шипение, то ли рычание, сделала шаг на меня. Но девушка была на очень высоких каблуках, едва она коснулась каблуком пола, как нога подвернулась, и девушка рухнула на пол, при этом приложившись виском об угол собственного стола, оставив на нем следы крови.