Книга Штрафное проклятие, страница 30 – Александр Карпов

И чем ближе штрафники подходили к немецкой передовой, тем все больше и больше трупов солдат Советской армии видели они на земле. Да и сама земля была изранена воронками от мин, бомб и снарядов. Казалось, что не осталось на ней ни единого целого клочка, ни одного не тронутого войной метра. Все выглядело на сотни метров впереди и по сторонам как одно сплошное скорбное место, проклятое небом. Повсюду царила погибель, везде виделась только смерть.

От лицезрения окрестностей, от того, что попадалось под ноги, у Виктора сперло дыхание. Ледяной воздух будто застыл в легких парня. Он снова едва не выронил из рук винтовку. Вид окружающей его смерти сковал его движения. Он потерял из виду убежавшего далеко вперед разведчика, спину которого старался держать перед глазами.

И тут что-то громко, ударив по барабанным перепонкам парня, хлопнуло в стороне от него. Кто-то неистово закричал. Рядом с ним несколько штрафников шарахнулись вправо.

— Мины! – прокричал кто-то вдалеке.

После этих слов почти все как один задрали головы, старясь заметить сыплющиеся на головы минометные снаряды.

— На минное поле напоролись! – заорал еще кто-то в стороне.

Штрафники моментально сбавили ход. Умирать никто не хотел. Громкий крик раненого бойца, того самого, кто стал первой жертвой минирования подступов к немецким окопам, сковал их действия.

— Не стоять! Вперед! Вперед! – прокричал командир взвода и дважды выстрелил из своего «ТТ» в воздух.

Едва он это сделал, как снова кто-то подорвался на противопехотной мине теперь дальше от них, в стороне, где-то на фланге атаки штрафников. Снова крики раненых разнеслись над полем боя.

— Проскочить его надо, ребята! Не стойте как вкопанные! Легче не станет! – начал подгонять штрафников минер, командовавший отделением.

— Витек, за мной! – донесся до молодого солдата голос разведчика, убежавшего далеко вперед.

Он стал искать его глазами. Нашел и уже было шагнул вперед, чтобы догнать его, как вдруг споткнулся о вмерзший в землю труп солдата и упал, теперь уже выронив винтовку из рук. Тут же совсем близко ударил новый разрыв залегшей в земле мины. Бойца, что был ближе всех к Виктору, сбило с ног взрывной волной и отбросило на него. Тот перелетел сверху через спину парня и замертво упал рядом. Снег под ним тут же начал окрашиваться темной кровью. Увидев это, боец отшатнулся, попятился, уперся ногами в мертвого, давно погибшего солдата и остановился на месте. Ужас присутствия вокруг смерти сжал в комок его сознание. Виктор не знал, что ему сейчас делать, не владел собой. Через пару секунд где-то далеко взорвалась еще одна мина. Снова послышались крики штрафников, снова разрезал воздух крик командира взвода и выстрелы в воздух из пистолета.

Теперь все покатилось одним сплошным потоком. Разрывы мин прозвучали один за другим на разных участках атаки штрафников. Матерные крики не пострадавших от них, рвущие душу вопли раненых и угрозы командиров слились воедино.

— Вперед! – рванул взводный Виктора за воротник шинели наверх, заставляя встать и идти в атаку.

Тот вскочил и метнулся туда, куда подтолкнул его командир. Споткнулся обо что-то, упал, снова поднялся, опять рванул с места и вновь задел ногой невидимое из-за крайней степени волнения препятствие. Заметил перед собой лежащую на земле винтовку, возле которой крутился, согнувшись пополам, тот самый высокий солдат, что из трофейного пистолета застрелил товарища. Лицо его было искажено страшной гримасой. Ладонь у живота окрасилась кровью.