Книга В сердце войны, страница 141 – Александр Карпов

— Немцы!

А за ним сразу пронесся громкий командирский голос старшего сержанта Крылова:

— К бою!

Не ожидавший такого развития событий, Витя в растерянности застыл на месте. Он так и остался сидеть вполоборота с автоматом на коленях, смотря на то, как разбегаются и расползаются по укрытиям солдаты.

— Оружие к бою! Занять оборону! Залечь вдоль дороги! – вывел мальчика из оцепенения хриплый рев капитана Аксенова, лично руководившего в этот день работой на данном участке.

Голос начальника штаба батальона подействовал на ребенка, приведя его в чувство, заставив быстро и четко выполнить команду. Он лег возле дороги, заранее скинув с плеча ремень автомата, и изготовился к ведению огня. Слева и справа от него залегли два солдата, один из которых только что ловко и аккуратно повалил на землю пирамиду из винтовок. Другие бойцы уже ползком направились к ней, чтобы разобрать оружие и патронные сумки.

— Не высовывайся, –  сказал Вите солдат слева, начавший быстро заряжать винтовку.

Его слова потонули в шуме далекой пулеметной очереди, разметавшей дорожную пыль недалеко от того места, где находился капитан Аксенов.

— Нащупали! – прокричал боец справа от Вити и, прицелившись, выстрелил из винтовки в направлении леса.

Мальчик дернулся от хлопка и тут же посмотрел в ту сторону, куда вел огонь лежащий рядом солдат. К ужасу и удивлению Вити, в нескольких сотнях метров от дороги, где только что трудились связисты, он увидел мелькавшие и очень знакомые ему по форме немецкие каски, которые он помнил со времен, когда был в оккупации. Такие же каски были на тех, кто со стороны леса упорно вел огонь по солдатам батальона.

Пули ударили по еще не полностью обработанному бревну, которое было приготовлено для установки в качестве столба линии связи. Щепки полетели в разные стороны. Фонтанчики дорожной пыли взметнулись возле него. Кто-то громко выругался. Лязгнули винтовочные затворы. Захлопали хлесткие ответные выстрелы «трехлинеек». Новые фонтаны земли, выжженной травы и кореньев взметнулись у дороги, заставив кого-то выругаться в адрес немецкого пулеметчика.

— Похоже, «недобитки» прорываются, товарищ капитан! – проорал Аксенову один из бойцов.

После этих слов Витя чуть приподнялся на локтях, чтобы получше разглядеть тех, кого только что обозвали «недобитками». Снова он увидел опостылевшие немецкие каски, снова почувствовал ненависть и жажду мести за смерть матери и сестренок. Но чтобы действовать, нужен был внешний толчок, приказ к действию. Еще не хватало решимости, той решимости, что сама собой появляется у опытных и закаленных в боях солдат. И это случилось! Лежавший рядом и стрелявший из винтовки молодой боец, недавно прибывший после тяжелого ранения, чтобы продолжить прохождение службы в батальоне связи, заорал на Витю:

— Что лежишь?! Стреляй!

Это был сигнал к действию. Мальчик начал водить стволом в поисках цели. Он волновался. Поймать цель в прицел не получалось.

— Стреляй! Чего ждешь! – раздался справа голос молодого солдата.

Витя вздрогнул и тут же, сцепив зубы, нажал на спусковой крючок. Автомат дернулся. Отдача несильно ударила в плечо. Получилось! Он навел ствол в ту сторону, где увидел перебегающих солдат противника, и снова надавил пальцем на спусковой крючок. Снова задергался в его руках автомат. Сердце как будто забилось ровнее. Он успокоился. Отвел взгляд в сторону, а потом почти спокойно нашел цель и стал вести огонь.