Книга Атака вслепую, страница 72 – Александр Карпов

Каманин, стоявший все это время рядом с Егором, слегка толкнул того локтем в бок и подмигнул с хитрой улыбкой на лице, чем еще больше ввел разведчика в замешательство по поводу его вызова на общее построение полка.

— Впервые лично вижу настоящего Героя Советского Союза! – прошептал старшему сержанту Щукин. – А теперь он еще и наш комдив!

Едва он это сказал, как кто-то из офицеров громко выкрикнул чью-то в строю фамилию и звание. Названный человек отозвался по уставу, после чего, так же по-военному, был вызван к командиру дивизии для вручения правительственной награды.

— Ого! – изумленно прошептал в строю кто-то из разведчиков.

— Давно пора! – донесся со стороны уже от кого-то из офицеров возглас.

Вызванный вперед к комдиву тем временем принимал лично от него боевой орден. Легкий одобрительный гул пронесся по строю полка, но на это уже никто не обратил внимания. Атмосфера праздника, пусть и в суровой фронтовой обстановке, возникла на опушке.

Вслед за первым награжденным, который тут же стал объектом всеобщего внимания, к командиру дивизии вызвали следующего, а потом еще одного и еще одного. Офицеры и солдаты, сменяя друг друга после того, как звучали их звание и фамилия, строевым шагом выходили к комдиву, получали награду, принимали поздравление, после чего возвращались в строй, чтобы освободить дорогу следующему, вызванному для награждения.

— Сколько воюем, а такого еще не было. Во всей дивизии с медалями: раз-два и обчелся, – снова пробурчал тот, кто уже сказал фразу «давно пора».

— Ефрейтор Щукин! – громко произнес фамилию Егора кто-то из «свиты» комдива.

— Ты чего, Егор? Тебя называют! – снова толкнул товарища локтем в бок Каманин.

— Давай, брат! – вторил ему кто-то из разведчиков.

— Я! – не своим голосом отозвался ошарашенный Егор, еще не веривший в то, что кто-то из воинского начальства назвал его фамилию.

— Для вручения правительственной награды… – торжественно протянул громкий голос, и несколько офицеров, в том числе и новый командир дивизии, повернули головы на отозвавшегося на свою фамилию бойца.

— Есть! – наконец придя в себя, выпалил разведчик.

— Ну! – сказал кто-то из-за его спины, не понимая, почему Егор медлит и никак не выходит из строя.

Его слегка толкнули вперед, и Егор зашагал строевым к стоявшим в центре опушки офицерам.

От волнения у разведчика свело дыхание, сердце стало неистово колотиться, взгляд застыл на улыбающемся полковнике – новом командире дивизии, на груди которого сверкала медаль «Золотая Звезда» Героя Советского Союза.

Краем глаза он успел заметить, как начальник штаба дивизии наклонился к комдиву и негромко, но довольно отчетливо произнес:

— Тот самый!

Полковник улыбнулся в ответ и по-отечески посмотрел на Егора. Перед ним был простой русский парень, обычный солдат, но с немалыми боевыми заслугами, награда которого заработана тяжелым фронтовым трудом и обильно полита потом и кровью.

— Ефрейтор Щукин прибыл, товарищ полковник! – доложил Егор новому командиру дивизии.

Комдив заулыбался еще шире, потом взглянул в его наградной документ и вложил разведчику прямо в руку медаль, просто, не по уставу, сказав при этом:

— Носи, Егор! Заслужил!

От подобного обращения, не по-военному, не по форме, бойца проняло до глубины души. Его поразил тон командира дивизии, его по-отечески сказанные слова, проявленное уважение к простому солдату. Он так же просто ответил ему, глядя прямо в глаза: