Книга Разрушитель проклятий, страница 163 – Эмма Райц

«Я влипла… Сама себя закопала… От проклятия Андрея Давыдова невозможно избавиться…» – да и хотела ли, Лея не была уверена. Впрочем, она не была уверена уже ни в чем.

«Сильный ветер! Уходим на второй круг!» – раздалось в наушнике Андрея. Военно-транспортный самолет опасно качнулся и набрал высоту. Раненая бровь противно ныла, вывихнутое плечо нещадно горело. Жутко хотелось спать, но Фенрир проморгался и сосредоточился на разговоре сидевших рядом Сатира и Черномора.

— …моя Фурия жаждет махнуть в Тай, так что сорян, я все пропущу.

— Каблук, – беззлобно хохотнул Матвей.

— Я и так ей задолжал.

— Оправдывайся, ага…

— …сказал мистер «Я никогда не женюсь», – прыснул главный снайпер «Феникса».

— По документам я мертв, так что господин Григорьев остался верен своему слову, – Матвей негодующе насупился.

— Бля, лучше б молчал, – Сатир издевательски рассмеялся. – Акции половины московских борделей обрушились в день, когда ты окольцевался.

— А вторая половина вообще закрылась, когда окольцевался ты.

— А на кого ж тогда малышуля баблишко спускает? – Константин легонько пихнул Фенрира в бок.

— Еще раз ты меня так назовешь… – процедил он, но ИЛ как следует тряхнуло, и, чертыхнувшись, мужчины замолкли.

На военном аэродроме отряд «Феникса» встречала колонна темно-зеленых грузовиков. Всю дорогу Андрей кисло размышлял об иронии судьбы: его старшие товарищи точно так же хорохорились до последнего, но после сорока один за другим добровольно отказались от мужской свободы и… кажется, были счастливы.

«Через десять лет я тоже психану? Что должно переклинить в мозгу убежденного одиночки, чтобы жизненная парадигма перевернулась с ног на голову?»

Фенрир настолько устал, что, заехав на домашнюю парковку, не заметил бронированный внедорожник «Феникса». Пока лифт уносил его ввысь, он уперся затылком в прохладный металл, в сотый раз ковыряясь в себе.

— Э… – зайдя за угол, Андрей неожиданно наткнулся на двоих телохранителей. – А вы чего тут?

Парни узнали своего гендира и, расправив плечи, поздоровались.

— Андрей Максимович, мы это… с клиенткой.

— С Поталиной? – слабо соображая, уточнил он.

— Да… А вы…?

— Я тут живу.

Телохранители растерянно переглянулись. Фенрир зевнул и устало махнул рукой:

— Катитесь на базу.

— У нас смена.

— Это приказ. И ни слова Максиму Алексеевичу.

— Нам нужно подтверждение от Леи Владиславовны или Ларионова… За самоволку увольняют.

Андрей раздраженно цокнул:

— В два часа ночи? Ну, охота вам тут стоять, стойте. Да, и это… За сплетни тоже увольняют, – темные брови угрожающе сдвинулись.

— Да мы поняли уже…

В квартире было тихо и еле заметно пахло чемто вкусным, но Фенрир решил отложить прием пищи на утро.

В темноте спальни витал ненавязчивый аромат парфюма Леи. Ее внезапное присутствие наполняло Андрея целым букетом эмоций: от удивления до разрывавшей грудную клетку радости. Он тихо разделся и опустился на колени рядом с кроватью, включив тусклый свет ночника. Лея лежала в его рубашке, и по расслабленным чертам ее лица стало ясно: сон ее был безмятежен.

— Детка… – выдохнул Фенрир и, стараясь не разбудить ее, аккуратно лег с другой стороны широкой кровати. Тут же поддавшись соблазну обнять ночную гостью, он плавно перекатился на другой бок по прохладной шелковистой простыне и прижался носом к макушке Леи. Но план провалился, и она села, шумно вдохнув. Волосы разметались по плечам, а глаза, широко распахнувшись, уперлись в неловко улыбающегося Фенрира.