Книга Ты умрешь в Зазеркалье, страница 76 – Юлия Лист

— Зоя, платок, – бросил шеф за плечо.

Та вынула из рукава перепачканный своей кровью платок – она не оставила дурацкой привычки резать себя бритвой, потому-то и ходила вся в черном, – и, скомкав его, бросила брату. Эмиль поймал платок и зажал им нос агента. Присев рядом с ним на корточки, он взял его голову в ладони. Вера заметила, что взгляд у несчастного бессмысленный, голова болтается, а майка вся заляпана кровью.

Эмиль нащупал какую-то косточку на его скуле, обнял челюсть ладонью, и раздался страшный треск. Леви открыл рот, сделав судорожный вдох, – Эмиль вправил ему челюсть.

— Тише, не дергайся, – сказал он и сунул оба пальца ему в ноздри, чтобы выпрямить переломанный хрящ. Леви издал гортанный вопль и свалился в обморок.

Эмиль поднялся и, глядя на лежащего у него под ногами поломанной куклой агента ФБР, безэмоционально вытирал руки платком. Ни капли сожаления в лице. А ведь он не только нажил сейчас смертельного врага в глазах Джона Леви, но, может, настроил против себя ФБР и Интерпол. Хотя что-то подсказывало Вере: там его хорошо знали.

Инспектор из CNP стоял с широко распахнутыми глазами. Это был парень лет двадцати четырех, не больше, он недавно закончил академию, в которой наверняка прослыл отличником, раз так скоро получил звание инспектора. Начальник музейной безопасности отошел к стене и придерживал рукой стол. Его как будто превратили в камень, он, не моргая, смотрел на агента ФБР, распростертого у пыльных ботинок детектива из Парижа.

Засунув платок в задний карман джинсов, Эмиль почесал шею, вздохнул, присел рядом с агентом, приподнял его за подмышки, привалил к своему плечу и привел в чувство, похлопав по щекам.

Джон Леви, вздрогнув, очнулся, оттолкнул от себя Эмиля и стал подниматься. Минуту он стоял на коленях, щупая свою челюсть и поглаживая нос. Его лицо побелело и осунулось, под глаза легли бордовые тени – неизменные спутники перелома носа.

А ведь Вера даже не видела тех ударов, которые Эмиль ему нанес, до того они были молниеносны.

— Что же ты не отметелил так того ублюдка, когда схватился с ним в зале Веласкеса? – гундосо спросил он. В голосе засквозил примирительный тон. «Вот и пример главенства силы среди приматов, – со злостью подумала Вера. – Один павиан дал понять другому, кто в этой клетке вожак».

— Всему свое время, – снисходительно ответил Эмиль. – Узнаешь.

— Детектив Герши, – обратился Хавьер Барба. – Я и не представлял, что все так завертится. Однако вынужден напомнить: музей все еще открыт и мне необходимо нести обязанности начальника охранной безопасности.

— У вас есть зам? – спросил Эмиль.

— Да.

— Я вижу на вашем поясе рацию. Свяжитесь с ним. Объявите, что музей закрывается. Пусть посетителей выведут. Когда мы закончим здесь, возможно, понадобится пройтись по помещениям здания. Оно должно быть пустым.

— Хорошо. – И Хавьер Барба отцепил от пояса рацию.

Вскоре на экранах мониторов возникла непривычная сумятица – люди потоками стали спешно покидать залы с картинами и скульптурами, просачиваясь в узкие дверные проемы и утекая по лестницам к выходу у пристройки.

— Итак, – начал Эмиль. – Судя по обстоятельствам массового убийства в этом музее, убийцей мог быть либо человек, что здесь работает, либо из полиции, либо из служб.