Книга Ты умрешь в Зазеркалье, страница 38 – Юлия Лист

Эмиль вышагивал вдоль стола, сосредоточенно думая, он поднял стул и, поставив спинкой вперед, оседлал его. Некоторое время он сидел молча, словно взвешивая свой следующий ход.

— Ее мать организовывала в Прадо выставки молодых талантов, – начал он тихо. – Каждое лето они семьей отдыхали в Мадриде. Аска с детства ездила туда, знает этот город, как свою ладонь. В Прадо ориентируется так, словно прожила в нем всю жизнь. Когда ребенком исследуешь какое-нибудь пространство, вкладываешь в этот процесс всю свою бескрайнюю детскую душу. Она знает Прадо, каждый его закуток и коридор, тайные проходы, которых нет на планах. Ведь здание строилось в начале девятнадцатого века… Она смогла уйти вчера только поэтому – каким-то образом узнала о шахтах в стенах, что идут вдоль туалетных комнат. О них не знала ни охрана, ни те, кто сто лет работает в музее. Спустилась со второго на первый этаж – с верхнего в нижний туалет, в кабинке сняла свой костюм и преспокойно смешалась с толпой, которую в этот момент эвакуировали из здания группа GEO^[16].

— И после этого ты утверждаешь, что она не Мадридский «Крик»? – Лицо Кристофа стало каменным.

— Не она.

— Тогда кто?

— Не знаю. Но узнаю, – сказал Эмиль и добавил, зло отчеканив: – Если мне никто не будет мешать.

Вера едва сдержала возмущенный вздох. Не скажет, он ничего не скажет Кристофу! Сам будет разгребать. Упрямец чертов.

Кристоф откинулся на спинку кресла, скрестив на груди руки, и устало прикрыл веки.

— Как полиция Испании умудрилась после того, что произошло в Прадо, не найти эти шахты? – процедил Эмиль. – Как можно было их не обнаружить после того, как в музее убили четырнадцать человек?

Кристоф молчал.

— Ты прекрасно знаешь, – давил Эмиль, – что там, где не может действовать толпа, хорошо работает один человек. Дай мне возможность найти доказательства, что она с кем-то связалась. Возможно, ее отец связан с преступными лицами, которые устроили эту заваруху. Этот человек не из тех, кто просто ходит на работу с десяти до семи. Он бывший разведчик, вам – как старая мозоль. Возможно, ему скучно, он психопат с ограниченным восприятием, топорный, как все вояки, уверенный, что все должно быть только так, как он видит, и ни на йоту иначе. Дай мне его прощупать на вшивость!

Эмиль окончательно распалился и опять начал кричать.

— Эта Аксель Редда основательно поселилась у тебя под коркой, Эмиль, – сказал Кристоф, постучав себе по виску. – Возможно, она действительно необычная девушка.

Он помолчал с минуту.

— Даю тебе три дня, – проговорил он глухо. – За домом Редда будет установлена слежка.

— Мне не мешать! – перебил Эмиль.

— Я дам приказ тебя не трогать, – с неохотой кивнул Кристоф. Он открыл было рот и хотел сказать еще что-то, но Эмиль опять перебил:

— Ни при каких обстоятельствах! Вообще ни при каких.

— Хорошо. – Кристоф вытянул руку, останавливая его. – Но карт-бланш лишь на три дня. Только три! Если ты не предоставишь мне убедительных доказательств, что Редда замешан в мадридских убийствах до пяти утра следующего четверга, я арестовываю девушку по подозрению в массовых убийствах.

Эмиль выпрямился и смотрел на комиссара с вызовом.

— Идет.

Они вернулись в бюро с рассветом. Эмиль бросил Вере, что даст знать, когда она понадобится, и ушел к себе на четвертый этаж отсыпаться.