Книга Ты умрешь влюбленной, страница 54 – Юлия Лист

— Мы продолжим, если позволите? – Вера пришла в себя раньше. Нельзя было ронять лицо детективного агентства. – У нас есть еще вопросы.

— Пожалуйста, – ухмыльнулся Ксавье. – Хотелось бы раз и навсегда решить этот семейный вопрос. Но если вы вздумаете как-нибудь воспользоваться снятыми здесь материалами, у вас начнутся серьезные проблемы. Это я вам обещаю!

— Мы не разглашаем ни имена, ни материалы дел, – мрачно отрезал уязвленный Эмиль.

Вера бросила на шефа косой взгляд и поняла: с этой минуты он пойдет на все, чтобы выпотрошить шкафы этого семейства и обнаружить скелеты, спрятанные в них. Ксавье бросил ему вызов, и Эмиль его принял.

— Давайте вернемся к тому, что чувствует Даниель. – Вера мягко сменила тему разговора. – Мы много говорили с ним. Он напуган и несчастен. Ему мерещится младший брат, который умер на скалах в замке на Лазурном Берегу. Но что, если голоса и видения подстроены?

— Что значит подстроены? – поморщился Ксавье. Вера следила за его реакцией.

— Он чувствует, что это не игра воображения, его кто-то пытается свести с ума.

Ксавье выглядел озадаченным.

— Давайте попробуем встать на его место, – продолжила Вера. – Как вы думаете, как сильно повлияла смерть брата на него?

Ксавье почувствовал неловкость, принявшись поглаживать свой локоть – жесты-адаптеры, поглаживания, появляются, когда человек оказывается не в своей тарелке.

— Как бы вы поступили, если бы на ваших глазах произошло такое несчастье?

Ксавье прошелся ладонью по щеке, стал теребить нос. Ему было неприятно об этом говорить. Он молчал, зная, что его молчание работает не в его пользу.

— Вы осудили бы свидетеля преступления, который скрыл то, что произошло на его глазах?

— Проективные вопросы? – оборвал ее Ксавье, заставив Веру вздрогнуть и побледнеть. – Вам поручено задавать мне проективные вопросы, чтобы потом по ним составить мой профиль? Чтобы я, начав рассуждать о Даниеле, незаметно спроектировал ответы на себя? Думаете поймать меня в эту когнитивную ловушку?

Вера опешила, и он перешел в нападение:

— Ручаюсь, вы уже избороздили все мои соцсети, прогнав через вашу сыроватую программу, месье Герши. Не так ли? – он посмотрел на Эмиля. – Я знаю все о профайлинге, социальной инженерии и манипуляциях. Я ведь продаю картины, черт возьми! Кого вы пытаетесь обмануть? Лучшие профайлеры – те, кто занимается арт-бизнесом. Я знаю все ваши методы. Даже то, что вы разрабатываете программное обеспечение для таких, как мы. И ваше приложение собирается приобрести Apple. А?

Ксавье сунул руки в карманы брюк и сделал движение бровями, обнажив мелкие, как у зверька, зубы. Он был крайне собой доволен, что смог выкрутиться.

— Я нанимаю лучших специалистов США, но не вас, Эмиль Герши. Вы – это прошлый век. Вы только приступили к написанию своих программ, я же давно использую готовый продукт отличного качества. Мой отец прибегал к вашим услугам, но я пошел дальше и работаю с теми, кто давно автоматизировал предиктивную аналитику.

Вера с ужасом глянула на Эмиля. Таким мрачным она его давно не видела. Он смотрел исподлобья, на глаза упала челка, рот сжат, в зрачках – кислотный огонь. Но, надо отдать ему должное, он держал себя в руках.

— Да, Вера задает вам проективные вопросы, – сказал Эмиль, не разжимая зубов. – Мы хотим выяснить, кто убил вашего отца и кто морочит голову вашему брату. Поверьте, мы это сделаем. Но если вы в чем-то замешаны, можете гнать нас отсюда к чертям, чтобы мы не утерли вашим профайлерам из США их американские носы. Итак, вы отвечаете? Или нам уйти?