Книга Дом на Баумановской, страница 114 – Юлия Лист

Отлично, вот в ход пошли и Майка с Асей. Грених почувствовал, как его прошиб холодный пот, и невольно он выпрямился, сжав кулак, – сдерживать ярость становилось физически невыносимо, она теснила грудь и сжирала весь кислород в помещении.

— Вижу, вам совсем ни к чему эти трудности. Тогда давайте все оставим как есть? Сколько вы хотите за свое молчание?

— Ася пыталась самостоятельно разобраться в беспорядках дома № 13. Вчера ее чуть не убили.

— Да, знаю. Мне очень жаль, – склонил голову Швецов. – Вы же не хотите, чтобы это повторилось? Позвольте мне самому во всем разобраться. Говорю вам, берите деньги и не лезьте. И семью вашу сразу же оставят в покое.

— Тогда уж и семью Бейлинсон не трогайте, – вырвалось у Грениха, который сам от себя не ожидал, что попадется на удочку этого комбинатора и вступит в торги.

— Нет, этого я вам пообещать никак не могу. Это ведь и моя семья тоже. Я уже сказал вам, что они мне дороги. Своих детей у меня нет, и я планирую передать все, чем владею и чему научился, сыну Оли, моей будущей супруги. Поверьте, мои чувства – искренни. Я не желаю им зла.

Пора было уходить, но прежде совершить самое неприятное в этом деле, самое гадкое и отвратительное – согласиться на взятку за молчание, чтобы выиграть время. Грених уже собрал в голове, с чем явится к Фролову, но этот план подразумевал несколько ходок в Центрархив, в МГУ, поездку в Рязанскую губернию, может, еще куда-то.

— Я подумаю, – выдавил Константин Федорович после долгой паузы.

— Подумайте, Грених, подумайте. Никто вас не торопит. Вы можете сами открыть дверь, я ключа не убирал, – и, натянув на лицо маску служащего, Швецов опустил глаза к бумагам.

Выйдя в Столешников переулок, Грених оглянулся на здание прокуратуры, в окне кабинета Швецова метнулась тень. Кто этот человек? Чего он хочет? Чем живет? Почему он выбрал того унтера, чтобы стать им? И как он связан с атаманом? Было очевидно, что он сейчас стоял у окна, чтобы посмотреть, в какую сторону повернет Константин Федорович: может, пожелает вернуться в следственную часть, чтобы подать на лжепрокурора заявление, или все же примет деньги в обмен за молчание?

Нет, Грених не собирался брать взятку. Но теперь он должен действовать осмотрительней – за ним, за Асей, даже за Майкой, небось и за Фроловом тоже установлен постоянный и неусыпный надзор.

Грених повернул в сторону Басманной больницы, ему не терпелось увидеть, как Ася откроет глаза, убедиться, что ей больше ничего не угрожает. Но мыслями он постоянно скатывался к прокурору, пытаясь нащупать сущность этого хамелеона. Почему он выбрал унтера Швецова? Проворачивал ли ранее с другими людьми подобные махинации, воровал ли прежде чьи-то чужие жизни? Кто такой Степнов? Усадьба, в которой у того была ставка и которую потом сожгли, принадлежала родственникам Ольги Витольдовны… Грених вспомнил мать Коли – холодную красавицу с серыми глазами, белой, как китайский фарфор, кожей, светлыми волнами волос, стройную и модную. Не грех на такую глаз положить. Может, они были знакомы до войны? Надо начать с ее родственников, из-под земли достать хоть одного, кто бы мог знать настоящего Швецова в лицо, найти его фотокарточки. Так не бывает, чтобы не нашлось никого, кто мог бы его опознать. Мучаясь этими мыслями, Грених доехал до больницы.