Книга Романтика с детективом, страница 34 – Татьяна Устинова, Анна и Сергей Литвиновы, Елена Логунова, и др.

Неля и Валентина иногда встречались на улице, не избегали встреч, но и не сближались. На уместной дистанции холодно здоровались или просто кивали друг другу.

В один уже совсем зимний день Неля брела по улице в какой-то абсолютной пустоте. Пусто было в ней и вокруг. Редкие снежинки приземлялись на газоны с желтой листвой и все еще зеленой травой, тщетно силящейся не умереть. Она не сразу узнала Валентину, потому что ее держал под руку грузный, серьезный и капельку растерянный хирург Осипов. Он выглядел так, будто получил что-то, что не может ему принадлежать по определению.

Неля растерялась и не сразу поздоровалась, не успела отвести взгляд. Валя подошла к ней и сказала:

— Хочу тебе сказать. Там все кончилось: их посадили. У меня к тебе нет претензий. За ту папку тебе глубокий поклон. И еще: приходи завтра к нам. Замуж я вышла, моя милая, дорогая подруга по счастью и несчастью. Больше никого не будет. Посидим втроем. Да, Асю приводи.

Странно, но пустота Нели заполнилась. Чем-то противоположным. Той бессмертной сложностью, которая мешает дыханию, но заставляет чувствовать себя одушевленным человеком, который не зря бредет по земле.

Она подошла ближе и шепнула Валентине на ухо:

— Ты не ошибка. Он никогда не ошибался. Ты настоящая. Как ни горько мне от того, что он вообще тебя увидел. Мы придем с Асей.

Хирург Осипов сначала деликатно смотрел в сторону, потом бросил на Нелю подозрительный взгляд. Он что-то понял в странности их первой встречи.

Поначалу у Тины и в мыслях не было покупать ее.

Зачем тащить картину в съемное жилье, из которого тебя к тому же скоро выставят?

Черная полоса была не узкой полоской, а широким выжженным полем, через которое Тина никак не могла перейти. Шла, шла, ноги вязли, а чернота не желала заканчиваться, до самой линии горизонта просвета не видать.

Хотя начинался год вполне счастливо. Встречали они его вдвоем с Сашей, в его квартире, куда он предложил Тине переехать еще прошлым летом. Он поднял бокал с шампанским и произнес задушевный тост о любви, совместном будущем, браке и детях. А через два месяца Тина пришла с работы раньше времени и застала Сашу с молоденькой соседкой.

Как банально! Даже не трагедия, а водевиль. Фарс.

Что оставалось делать? Тина собрала вещи и ушла. Поскольку идти оказалось некуда (она была родом из маленького северного городка, откуда всеми силами стремилась уехать), то первое время жила у Лены, институтской подруги, а после сняла квартиру.

Пока в крови кипели гнев и обида, Тина еще как-то справлялась, старалась доказать себе и всем, что и одна, без Саши прекрасно справится. К тому же втайне верила, что он прибежит просить прощения.

Но он не прибежал. Саша вымарал Тину из своей жизни, из прошлого и будущего, а потом она узнала, что он женился. Буквально через три месяца. На той самой соседке. При этом с Тиной они встречались почти четыре года, а разговоры о свадьбе зазвучали лишь недавно.

Известие подкосило Тину, сбило с ног. А дальше все пошло под откос окончательно.

Она несколько раз не вышла на работу: с вечера перебирала с алкоголем, утром не могла заставить себя сползти с кровати. Ее уволили за прогулы. Шефа не остановило, что Тина всегда была на хорошем счету, семь лет честно отпахала дизайнером в издательстве, не отказывалась работать по выходным и в праздники. Стоило ей попасть в беду, и ее выпихнули, выбросили, как старый рваный башмак.