Книга Тьма внутри, страница 68 – Альбина Нурисламова

— Как же нам разобраться?

Оказалось, у подруги был вариант. Правда, когда Марина Геннадьевна услышала, что та предлагает, опешила.

— К ведьме обратиться? Не шути так!

— А я и не шучу, – отрубила Елена Павловна. – От нескольких пациентов и их родных слышала об одной… Она себя ведьмой Эммой зовет – и мы будем. Говорят, лечит все, за что берется, а если не возьмется, значит, никто не поможет.

В том, что эти слова произнесла профессор медицины, была определенная ирония, но ни та, ни другая женщина этого не заметили.

— Ведьма Эмма будто бы ученица другой сильной ведьмы, в ней теперь двойная сила, она умеет говорить с мертвыми и всякое такое, сама реши, чему верить. С улицы к ней не попадешь, но у меня есть контакт. Нет, я не ходила! – в ответ на невысказанный вопрос сердито проговорила Елена Павловна. – В общем, дорогая, я бы на твоем месте обратилась. Вероятно, мы ошибаемся, ничего плохого с Лизой не происходит, но для очистки совести сходить стоит.

Марина Геннадьевна, по-прежнему ошарашенная тем, в какую сторону свернуло медицинское обследование, согласилась с мнением подруги. И через неделю попала на прием к ведьме Эмме.

Принимала та в своем доме – светлом, просторном, современном. Кругом царила не кричащая роскошь, но сдержанно шепчущий достаток. От клиентов, видимо, отбоя не было. Ведьма Эмма оказалась молода (не старше сорока) и чудо как хороша: густая волна темных волос, точеные скулы, выразительные зеленые глаза. Голос негромкий, певучий, манеры приятные. Не знай Марина Геннадьевна о роде занятий Эммы, решила бы, что та университетская преподавательница или доктор.

— Мне понадобится личная вещь вашей внучки, – сказала ведьма. – И дайте мне руку.

Прикрыв глаза, сжимая в левой ладони футболку Лизы, в правой – руку Марины Геннадьевны, ведьма Эмма сидела минут пять, не меньше. А потом открыла глаза и вынесла вердикт.

— Вы правильно сделали, что пришли ко мне. Если кто и может спасти вашу внучку, то это вы. А я вам помогу.

— Спасти? Все плохо? Она больна?

— Хуже, – сказала ведьма Эмма, и во взгляде ее промелькнула жалость. – Мне сложно объяснить весь процесс, но я постараюсь. Это древняя черная магия. Один человек соединяется с другим, в результате первый кормит собой второго.

— Как вы сказали? Кормит?

— Фигурально выражаясь. Отдает энергию, силы, здоровье. В древности колдуны при дворах королевских особ, знатных людей делали такое: соединяли ребенка и угасающего старика, чтобы ребенок силой своей жизненной энергии, отдавая часть себя, своих сил, удерживал старика в мире живых. Это могло длиться годами, пока ребенок не лишится сил, не заболеет.

— Лиза! Она…

Как выговорить страшное слово?

— Все зависит от того, насколько слаб, стар или болен тот, кого она питает. Повторяю, это может длиться и достаточно долго. Но Лиза не сможет жить нормальной, полнокровной жизнью. У нее откачивают силы, у нее нет резерва, чтобы хорошо учиться, быть крепкой и подвижной. Выйти замуж, влюбиться, родить – ни на что ее не хватит. Лиза вынуждена экономить энергию, организм как бы включает режим энергосбережения. Вы заметили, что у нее нет эмоций, угасли чувства, она ничему не рада. Ухудшается память, угасают творческие способности. Представьте себе мать и дитя в утробе, соединенных пуповиной. У них одно кровообращение, ребенок питается, дышит за счет матери. Так и тут, только это противно природе, а потому мерзко. Я подобными вещами не занимаюсь. – Ведьма Эмма поджала губы. – Ваша внучка держит кого-то на плаву, не дает умереть. Ее тело и дух – питательная среда для того субъекта.