Книга Неупокоенные, страница 69 – Альбина Нурисламова

Пути их с Иваном давно разошлись. Поначалу было желание продолжать общаться, встречались пару раз в барах, но скоро стало ясно, что говорить им не о чем. По крайней мере, это было очевидно Тимофею. Он скучал, поглядывал на часы и торопился уйти, а когда Иван звонил, приглашал «пересечься» снова, под разными предлогами отказывался. Постепенно Иван звонить перестал. А теперь написал.

Сколько лет прошло с их последней встречи? Года четыре, не меньше.

«Привет, Тима, – писал бывший друг, – помнишь меня еще? Я вернулся в родные места, в деревне своей теперь, так вышло. А что? Доволен, лес у нас, поля, речка. Тихо, красиво. Я, знаешь, пишу, чтобы позвать тебя в Топольки (так моя деревня называется). Повидаться бы, Тима. Кое-что тревожит, поделиться хочу, больше никого не могу позвать. А мы же старые друзья с тобой. Не откажи в помощи, Тима. Надеюсь, не сделаешь вид, что не получил письма, не такой ты человек. Вот мой адрес, буду ждать».

Тимофей слегка смутился: он хотел притвориться, что письма не видел, но после слов Ивана сделалось неловко, хотя Иван и не узнает, прочел ли он послание. Но ведь «не такой он человек», чтобы в беде бросить, да?

«Почему на электронку пишет?» – подумал Тимофей и сам себе ответил: нового номера у Ивана нет, в соцсетях Тимофея просто так не найти, он не под своим именем, так что это был единственный вариант.

«Кое-что тревожит» – о чем речь? С чего такая секретность, и как вышло, что обратиться Ивану больше не к кому? Общительный же парень.

Тимофей открыл карту, нашел Топольки. От города примерно триста километров, далеко Иван забрался. Но ехать как раз в ту сторону, куда нужно Тимофею. В принципе, можно и заскочить на часок, узнать, что стряслось.

Хотел ответить, что приедет, но письмо Ивана пропало. Возможно, Тимофей его случайно удалил. Или произошел какой-то сбой. Ладно, без разницы. Тимофей наконец-то отключил компьютер и покинул кабинет.

На улице моросил дождь. Погода типично осенняя: серая, промозглая, холодная. Хорошо еще, что машина в подземном гараже, не надо выходить на улицу. Хотя все равно пришлось помокнуть: Тимофей сообразил, что с пустыми руками в гости ходить негоже, забежал в магазин.

Из города удалось выбраться быстро, избежав пробок; выехав на трассу, Тимофей прибавил скорость. Ему нравилось водить. До Москвы можно было и поездом доехать, но он предпочел автомобильную поездку. Включил радио, слушал любимую волну и думал о своем. В голову в таких случаях часто приходили отличные идеи, сложные вопросы получали простое решение.

Дождь не прекращался, поэтому казалось, что на улице темнее, чем должно быть в это время суток. А вскоре стало потихоньку смеркаться, и Тимофею чудилось, что он едет наперегонки с ночью, пытается обогнать подступающую тьму, которая стремится накрыть округу темным крылом.

Навигатор велел свернуть с шоссе налево и проехать еще семьдесят километров. Крюк, конечно, немалый. Похоже, Иван живет в той еще дыре. Неподалеку от съезда с шоссе Тимофей увидел небольшое поселение, но чем дальше забирался вглубь, тем хуже становилась дорога, а сел и деревень больше не было.

По обе стороны – поля и перелески. Унылые мокрые деревья, голые ветви, ждущая снега бурая земля. Что Иван здесь делает? На что живет, кем работает? Тимофей взял в руки телефон. Связь ужасная, Интернет не ловит, радио захлебнулось печальной нотой и смолкло. Зато навигатор показывал, что еще десять километров – и Топольки.