Книга Время кошмаров, страница 38 – Альбина Нурисламова

— Слава Богу, покупатель нашелся, — сказал Артур. — Ты извини, мне пора.

На том и попрощались.

Спустя полтора месяца я подписывал договор купли-продажи. Квартиру в прекрасном новом доме я продал, скинув в цене больше трехсот тысяч, но был счастлив, что избавился от нее.

— Очень жаль, что вам пришлось срочно продавать квартиру, — проговорила покупательница, смущенно глядя на меня.

Она приобретала квартиру своей дочери и ее мужу, и, кажется, ей было неловко, что удалось так выгодно сторговаться, воспользоваться чужим несчастьем, сбить цену ниже нижнего предела. Мы с риелтором заранее согласовали душещипательную легенду, согласно которой мне, якобы, нужно было срочно переехать к заболевшей матери в другой город.

Если бы покупательница собрала побольше информации о людях, живших в нашем подъезде, то узнала бы, что непредвиденные события буквально сыпались на всех в последние месяцы: кто-то вынужден был продать жилплощадь за долги, кто-то — срочно сменить город или даже страну.

Я посмотрел на женщину: кажется, хорошая, добрая. И дочь у нее, наверное, такая же. Мне стало жаль эту семью, не подозревающую, какой ужас ждет впереди, и на краткий миг захотелось рассказать женщине правду, отговорить от покупки.

Но потом я вспомнил ту страшную ночь — последнюю, которую провел в своей квартире (после собрал вещи и переехал сначала в мотель, потом в крошечную съемную «однушку», где и жил до сих пор, не желая возвращаться). И подумал, что этих людей я не знаю, так с чего мне им сопереживать?

Согласен, это порочный круг: никто не пожалел бедную старуху Лилию Ивановну, а потом уже она не знала жалости… Но если кто этот круг и разорвет, то точно не я. Я хочу одного: уехать и забыть.

Поэтому я поставил подпись, улыбнулся покупательнице и ничего ей так и не сказал.

Да и кто бы мне поверил?

— Так и знал, что это кафе — настоящая помойка. Еще и цены конские. — Олег отодвинул от себя пустую тарелку и откинулся на спинку стула.

Лариса смерила мужа неприязненным взглядом и прикурила очередную сигарету.

— Помойка не помойка, а все спорол, не поморщился, — бросила она.

Лариса слишком много курила, Олег был всем недоволен, хамил и строил из себя крутого мачо, и оба они то и дело ссорились и переругивались.

Никита уже в который раз за день думал о том, что напрасно они с Юлей ввязались в эту поездку. Детская дружба, конечно, дело хорошее, но с годами люди меняются до неузнаваемости. Сейчас он и представить не мог, что были времена, когда они с Олежиком считались лучшими друзьями. Как вообще вышло, что улыбчивый, добрый мальчишка превратился в быдловатого недалекого мужика? Или это женитьба на их однокласснице Ларисе — красивой, но капризной и не слишком умной — превратила его в малоприятного типа?

— Нормально тут кормят, — примирительно сказал Никита. — Нам понравилось, да, Юль?

Жена слабо улыбнулась и кивнула. Похоже, и ей не по душе эта поездка — а ведь еще самое начало! Небось, про себя клянет Никиту последними словами, хотя вслух пока ничего не говорит. И на том спасибо.

Подошла официантка, принесла счет. Олег, ясное дело, принялся ей за что-то выговаривать. Никита молча отсчитал нужную сумму, и они с Юлей вышли на улицу, оставив супругов Акимовых в кафе.