Книга Пучина скорби, страница 98 – Альбина Нурисламова

— Что же он посоветовал? — насмешливо спросила «Ирочка».

— Иннокентий Львович полагает, что уничтожить нематериальную сущность, некую силу нельзя…

— Он умнее, чем можно было предположить!

— … однако уничтожить сосуд, в котором обретается дух, возможно. Тело смертно, а детское — еще и слабо, уязвимо, особенно вдали от святилищ и жрецов, до достижения определенного возраста. Лишившись тела…

Вадим еще не закончил говорить, как тварь в облике его дочери, собрав остатки сил, вскочила со стула и бросилась по коридору к выходу из квартиры. Надеялась убежать, забарабанить кулаками по двери, позвать на помощь.

— Помогите! — запищала она, но Вадим успел зажать ей рот.

Существо брыкалось, царапалось и лягалось, а потом укусило Вадима, и он от неожиданности ослабил хватку. «Ирочка» вывернулась змеей. Путь к двери загораживал Вадим, и она кинулась в сторону ванной комнаты. Он за шиворот оттащил ее, рванув на себя, и тварь, поскользнувшись на линолеуме, повалилась на спину.

Теперь Вадим, стоя на коленях, прижимал лже-дочь к полу. Та пыталась вырваться, но все слабее и слабее. Быть может, выплеснувшийся в кровь адреналин притупил действие лекарства, но эта реакция сходила на нет.

— Хорошо, ты победил! Но выслушай меня, прошу. Всего минуту! Я скажу правду, клянусь! Ты же хочешь знать?

Вадим невольно ослабил хватку.

— Метка на твоей руке вовсе не затем, чтобы тебя убить. Она была нужна, чтобы ты забыл обо всем и проникся своей миссией, действовал мне во благо. Забыл, где была твоя дочь, как именно ты ее спас, что с ней происходило; Верхние Вязы, горожан, пропавший автобус, убийства — все! Шрам становился бы бледнее по мере приближения к дому, а память — слабее. Вернувшись к жене, ты привез бы дочь, но не свои воспоминания. Ты при всем желании не смог бы ничего никому рассказать, лишь верил бы, что произошло чудо, бог вернул твою девочку! И ты должен жизнь положить на то, чтобы оберегать ее.

— А что за миссия, которой я должен проникнуться?

— Возрождение! Довольно мне прятаться под землей! Ложный бог послал на землю сына, он обитал здесь в человеческом теле. Так и я должен прийти! Мои храмы будут снова воздвигнуты; жрецы восславят меня, люди преклонят колени. Вам с женой предстоит стать родителями истинного бога, это высшая честь! Вы не знали бы, кого растите, — до определенного момента. Жрецы в курсе, что делать, их задача — готовить почву…

— Почему мы? — выдохнул Вадим.

— Есть пророчество. Было предсказано мое падение, затем — возрождение. Теперь я вновь воссияю. Этому нельзя противиться!

— Что сказано в пророчестве?

— В храм явится отец, потерявший дитя. Готовый к смерти, с раненым сердцем. Желающий лишь одного: вернуть потерянного ребенка. Этот человек с благодарностью примет того, кто погубил его кровное дитя; взрастит и сбережет до времени рассвета силы — двенадцати лет. Когда я узнал, кто ты, зачем явился в город, сразу понял: час пробил! Нужно было подготовить, направить, вынудить тебя прийти в мой храм и подвести к нужному решению. Было важно, чтобы ты ничего не заподозрил и не отказался принять «дочь».

— Цепь случайностей! Если бы Василий удалил ролик, если бы я не увидел его, не заметил лицо Ирочки, не поехал никуда! Господи, да если бы я тогда не уснул в парке!