Книга Пучина скорби, страница 49 – Альбина Нурисламова

Если это задело Лаврова, он и бровью не повел.

— Спасибо маме с папой, многим так кажется. — Он обаятельно улыбнулся. — Проклятое сходство со звездой.

— Нет, дело не только в Алене Делоне. Вы учились у Дениса Сергеевича, и я видел вас на групповом снимке в его комнате. Запомнил благодаря вашей яркой внешности.

Вадим пристально смотрел на собеседника, и ему показалось, что на долю секунды на красивом лице промелькнуло раздражение. Кроме того, Вадим обратил внимание на покрасневший глаз Лаврова. Не сильно заметно, но все же. Конъюнктивит, по всей вероятности. Вадим слышал, это весьма заразная болячка. Как она передается — как простуда, по воздуху? Не подцепить бы.

— Вы ошиблись. На том фото не я, а мой старший брат. Это его классным руководителем был Денис Сергеевич. К сожалению, брат скончался.

Говоря это, Лавров скроил скорбную миру. Вышло не более убедительно, чем все прочее, что усиленно демонстрировали мэр и Соловьев.

Все было так зыбко, так неправильно, что у Вадима закружилась голова, захотелось выйти на воздух и перестать вдыхать всю ту фальшь, которой был пропитан воздух в здании.

— Что ж, не стану больше отнимать ваше время, — сказал Вадим. — Благодарю за прием.

Снова винегретные улыбки от уха до уха, пожимание рук, приглашение обращаться в любое время. Очутившись наконец снаружи, Вадим сел в машину, завел двигатель. Он чувствовал себя извалявшимся в липкой грязи. Доставая сигареты, увидел, что руки подрагивают.

Куда теперь?

Для начала — к себе. Успокоиться, сосредоточиться, обдумать.

Вадим медленно поехал вперед. Он уже парковал машину возле общежития, когда ему на ум пришла важная деталь, которой он не заметил прежде. Вадим ведь уже решил, что Верхние Вязы — город, в котором нет молодых людей. По крайней мере, никого, кто был бы с ним одного возраста или моложе, Вадим здесь не встретил.

Пока не посетил сегодня здание администрации.

Все четверо сотрудников, которых ему довелось повидать, были молоды. Странная концентрация молодежи, если вдуматься. Интересно, какого возраста прочие работники мэрии и полицейские? И имеет ли это значение для расследования дела, ради которого Вадим приехал в Верхние Вязы?

Истасканное, но верное сравнение: у него на руках были кусочки мозаики, обрывки фотографии, но не удавалось склеить их, соединить, увидеть общую картину. Да и неясно было, какие из фрагментов принадлежат этому полотну, а какие — лишние, случайно затесавшиеся.

«Ехал бы ты отсюда», — произнес внутренний голос, почему-то до странности похожий на голос красавца-мэра Лаврова.

«Не дождетесь», — огрызнулся Вадим и скрылся в подъезде.

Около шести вечера Вадим решил, что на сегодня хватит. После беготни по общежитию, похода в полицию и последовавших за этим бестолковых метаний по Верхним Вязам он готов был сдаться и позволить себе передохнуть.

Ситуация пока вырисовывалась аховая: куда ни кинься — всюду тупик. Никто не желает ничего объяснить. Все отводят глаза, отмалчиваются или открыто насмехаются.

Вернувшись из полиции, Вадим собирался сесть и спокойно обдумать, что делать, но его переполняла энергия отчаяния, как это всегда бывало с ним в случае неудачи, непонимания, столкновения со сложностями. Он физически не мог усидеть на месте, ему надо было бежать куда-то и что-то предпринимать (часто глупое и бесполезное).