Книга Гиблые земли, страница 96 – Альбина Нурисламова

— Нас ведь шестеро, – пояснил Борис.

— Как шаманов, их было столько же! – догадалась Лизавета. – Баба Лена говорила!

— Какое нам до них дело? Они были шаманы, а мы… нам зачем туда? – снова занервничала Зинаида.

На этот раз Борис не стал ее успокаивать: времени оставалось все меньше.

— Нужно разделиться: в каждый дом должны войти двое.

— А там? Войдем мы – и что нам делать? – спросила Лизавета.

— Вы поймете. – Борис помолчал пару секунд, думая, говорить ли правду, и решил сказать. – Пока не знаю, не понимаю всего. Я обычный человек, нет у меня, как бабушка говорила, Знания. При этом прошу довериться мне… Полный бред, да?! Понимаю, вам непросто, я показал себя полным психом.

— Мы пойдем с Лизаветой, я жену одну не оставлю, – сказал Ян, давая понять, что дискуссия окончена, он готов действовать.

— А я не могу оставить ни дочь, ни племянника!

— Вы идите с Катей, я – с Ромой. Не волнуйтесь за него. Роман, ты как? Идешь?

Мальчик не колебался ни секунды, и они быстро пошли к ближайшему дому. Борис видел, что две другие пары людей направились к дверям соседних строений.

— Тетя Зина не видела чудовищ. Но она начнет их видеть, когда войдет? – спросил Роман.

Борис задумался.

— Наверное. Полагаю, начнет.

Они подошли к двери.

— А еще интересно, пропадет ли эта способность потом, когда мы выйдем.

«Выйти бы», – подумал Борис.

Дверь в шаманский дом была плотно прикрыта, ручки не имелось. Борис не мог вспомнить, была ли она в прошлый раз, однако вопросом, как они станут открывать дверь, задаться не успел: стоило коснуться деревянной поверхности, как дверь приоткрылась.

— Я первый, не отставай, – сказал он, удивляясь, как невозмутимо это прозвучало.

— Хорошо.

Воздух в доме был сухой, словно бы наполненный озоном и пропитанный запахом, вызывающим в памяти кабинет физиотерапии, куда маленького Бориса водили прогревать горло.

В углах застыла густая, как сметана, болотная тьма. Борис хотел спросить у Романа, нет ли у него фонарика, досадуя на себя, что не подумал об этом, но тут прямо перед ними, в глубине дома, появилось свечение. Желтоватое, тусклое, похожее на свечное.

— Оно так далеко, – поразился Рома, – но ведь дом маленький!

— Это дом-ловушка, помнишь? Все не такое, как могло казаться снаружи.

Они говорили тихо, но эхо усиливало голоса. Ощущение создавалось такое, словно они не в деревянном доме, а в пещере с каменными сводами или в здании с высоченным потолком.

Что-то стукнуло за спиной. Роман схватил Бориса за плечо.

— Смотрите!

— На что? – обернулся к мальчику Борис.

— Дверь пропала! Ее нет! Окошка тоже нет и помине, хотя снаружи мы его видели!

— Все так, как должно быть. Не тревожься. – Борис снова подивился своему спокойствию, а еще тому, откуда он это знает. – Окна не имеют значения, а выход появится в нужное время. Нам надо идти.

Борис пошел к тлеющему впереди огоньку. Стены, которая должна быть, перед ними не оказалось, и шли они, наверное, около минуты. Чем ближе подходили, тем ярче был свет, а еще слышался звук шагов и голоса.

«Чьи? Кто здесь?» – хотел спросить Борис, но услышал шепот Ромы:

— Кто-то идет! Слышите? Это не только наши шаги!

Борис собрался сказать про голоса, но кто-то кинулся к ним с криком:

— Вы тоже тут! Это же вы, да?

Катя! Они с Зинаидой стояли, держась друг за друга, а на полу перед ними горела толстая свеча.