Книга Гиблые земли, страница 51 – Альбина Нурисламова

Брошенная жена Стаса прибегала скандалить: у них была шестнадцатилетняя дочь, которая тяжело переживала предательство отца.

— Ты чего молчишь, Борька? – рыдала жена Стаса. – Тебе все равно? Они у нас под носом крутили, за дураков держали, а мы не знали ничего! Это шесть лет уже длится! Сделай что-нибудь!

— Например? К батарее Настю приковать?

Жена Стаса обозвала его рохлей и ушла, хлопнув дверью. Настя тоже ушла, волоча чемодан. Развели их быстро и легко: имущество делить не пришлось, детей нет. Удивительнее всего было то, что поженились-то они из-за потенциального ребенка: Настя забеременела. На шестом месяце случился выкидыш, детей жена больше иметь не могла.

— Ты поступил как честный человек, женился, а теперь можешь со спокойной совестью развестись, – сказала Настя, – я все пойму, ты хочешь детей, а я…

Она заплакала. Борис с ней не развелся.

Уйти в той ситуации казалось подлостью. Не станешь же всем объяснять, что брак был «залетный», не будь Настя беременна, о женитьбе и речи бы не шло, а теперь беременности и ребенка нет, так что… Со стороны это выглядело бы паршиво. О том, что на мнение окружающих можно и забить, как нынче говорят, Борис в те годы не думал.

Он не врал себе: жену никогда не любил, однако им было неплохо вместе, да и о детях Борис не мечтал, и ее бездетность оказалась плюсом. Так и жили, притерпевшись, приноровившись, и временами это было похоже на счастье (правда, с годами все меньше).

Теперь хлипкая конструкция, построенная на ложной основе, на зыбучих песках, рухнула окончательно, и Борису полегчало на короткое время. Но потом пришло осознание, что и в профессиональной жизни он столь же неудачлив, как и в личной.

Мечтал стать врачом, поступал дважды, оба раза безуспешно. Провалившись во второй раз, пошел туда, куда мог поступить легко: на естественно-географический факультет педагогического института. Учился хорошо, хотя без интереса, без огонька.

Так же и работал: сначала учителем, потом, до сего момента, в автосалоне. Менеджером можно было стать, имея любое высшее, вот он и пошел, как место подвернулось: не в школе же всю жизнь здоровье портить за копейки. В автосалоне зарплата хорошая, Борис быстро стал начальником отдела продаж, а дальше расти было некуда, но он и не стремился.

Теперь понимал: менять профессию поздно, места получше в этой сфере не найти, но и ходить каждое утро в опостылевший офис надоело. Хобби нет. Увлечений тоже. С потерей жены пропали и те надоевшие друзья, что имелись, оно и понятно. Мать и отец давно умерли, так что одиночество и пустота навалились со всех сторон.

— Оторвались вы, сегодняшние, от корней! – всхлипнула с экрана телевизора то ли писательница, то ли актриса, дававшая интервью лощеному типу с глазами пройдохи. – Не помните никого старше бабки с дедом, отсюда и беды. Иваны, не помнящие родства! А раньше до седьмого колена знали…

Она продолжала разглагольствовать, но Борис уже не слушал. Именно тогда ему и пришла в голову идея вернуться в В-26, забытый богом и людьми поселок, где прошло его детство.

Отец Бориса работал на складе готовой продукции, мать была поваром. Она приехала в поселок В-26 как молодой специалист, по распределению, а отец родился в тех краях. Познакомились, вскоре поженились. Через два года родился Боря. Когда ему исполнилось три, родилась девочка, которой заранее придумали необычное имя Тамила, но она умерла, не сделав первого вдоха, и Борис остался единственным ребенком в семье.