Книга Нежная ночь Ривьеры, страница 93 – Наталья Барабаш

В конце он добавил: «Скотт со мной согласен».

Признать, что Фицджеральд спас его роман, он не мог.

(Лазурка, 2013 год)

— Куда мы едем? – спросила Машка у человечка, похожего на умную ящерку.

Тот сидел рядом с водителем и даже не обернулся. Молодой громила с неподвижным лицом, похожий на Шварценеггера, уселся рядом с ними на заднее сиденье и молчал, как истукан.

— Эй! Я вас спрашиваю! – потрепала ящерку по плечу Машка.

Тот невозмутимо заметил:

— С вами хотят поговорить.

— Кто?

Адвокат пожал узкими плечами.

— А если мы не хотим разговаривать? – настаивала она.

— Тогда мы можем прямо сейчас вернуть вас в участок. Залог составил полмиллиона евро. Я думаю, это достаточная сумма за вашу беседу.

— Господи! – вздохнула Машка. – А я как дура столько лет болтала бесплатно!

Мы подъехали к набережной Миллионеров, на которой уже бывали.

— Вы привезли нас к Владу? – еще раз вылезла с вопросом она. Но ответ опять не получила.

Мы выгрузились на причал к стоящему у стенки небольшому – по сравнению с высящимися рядом громадами – катеру.

— Заходите! – кивнул адвокат на пустой трап.

— После вас! Подадите нам руку, – заявила Машка. Но человек-ящерка усмехнулся:

— Нет, я вас сопровождать не буду. На этом мои оплаченные услуги закончились.

И кивнул громиле:

— Помоги!

Тот шагнул на трап и протянул ручищу втрое больше моей.

— Может, они хотят нас утопить? – прошептала Машка, замешкавшись.

— Тогда потеряют свои пол-лимона. Вряд ли мы с тобой стоим так дорого, – заметила я. И зашла на борт первой.

«Интересно, зачем мы понадобились всесильному Владу?» – думала я, ожидая, что он ждет нас внутри.

Но в каюте никого не было. Громила без единого слова завел мотор. Катер сорвался с места, как ракета. Выскочил из бухты. И понесся по лазурной воде, взбивая белую кружевную пену. Я поняла, что спрашивать у громилы, куда он нас везет, бесполезно. Похоже, он был немой.

Мы мчались вдоль живописных берегов с очаровательными изрезанными бухточками, выстроившимися в струнку кипарисами, белыми виллами, утопающими в кипенье розовых рододендронов, а глубокий аквамариновый цвет воды придавал видам нереальную красоту. Еще бы знать, что среди этой красоты с нами будет…

Катер подлетел к большой яхте – на этот раз с настоящей мачтой, но без поднятых парусов, – тихо трюхающей вдоль побережья. Яхта приглушила мотор, остановилась.

На палубу выскочил матрос, спустил трап. Громила, так и не проронив ни слова, кивнул нам на него: мол, выметайтесь.

Через минуту матрос уже заводил нас в одну из кают в яхтенном чреве, похожую на кабинет восточного царька. Обшивка из красного дерева, мягкие диваны с красными подушками, полки с сигарами и коробками с благовониями. Я громко чихнула: не выношу их запах.

— Бациллы свои придержи! – процедил Влад: он сидел за столом из карельской березы, откинувшись на подушки. Но был мало похож на радушного хозяина.

— Спасибо за адвоката! – затараторила Машка. – И за то, что наконец оценили нас по достоинству. Пол-лимона за разговор! Мой редактор удавится, он ведь затыкал мне рот на каждой планерке.

Увы, в этот раз ее тактика подтрунивания над богачами не сработала.

— У меня мало времени, – скучным голосом произнес Влад, даже не сделав попытку улыбнуться. – Дайте сюда ваши телефоны. Разговор будет приватный. Мало ли кто вас слушает.