Книга Нежная ночь Ривьеры, страница 128 – Наталья Барабаш

Я бросилась к ней.

— Не смейте! – прикрикнул комиссар Пети, наклонившийся над жертвой. Но я только огрызнулась:

— Я врач!

Пощупала у Алисы пульс. Увы. Врач ей был уже не нужен.

Четверо полицейских ринулись в погоню. Но убийца, очевидно, скрылся в плотной толпе туристов, что прогуливались по соседней улочке.

— Назад, назад! – командовал Пети любопытным, которые стали собираться во дворике.

Один из вернувшихся карабинеров пытался соорудить вокруг мертвой Алисы ограждение. Остальные все еще продолжали погоню. Комиссар бродил по толпе, не теряя надежды отыскать свидетелей, но таковых не нашлось. Неприятности никому не нужны.

— Стойте здесь! Вы поедете со мной в участок! – скомандовал нам Пети. Я направилась к стоящей у стены Машке. И тут обратила внимание, как что-то противно похрустывает у меня под сандалиями.

Посмотрела вниз. Это были крошечные белые градины, невесть откуда взявшиеся среди летнего пекла. Почему-то они не таяли.

— Не трогать! – закричал Пети мне и еще двум полицейским, так же наклонившимся рассмотреть необычное явление природы. – Ты! Один! Собери все! – кивнул он своему помощнику. – Остальным отойти и никого не подпускать!

Только тут я поняла, что хожу по бриллиантам. Они рассыпались из черного, прошитого пулями мешочка за пазухой у мертвой Алисы, и раскатились по мостовой. На секунду мелькнул соблазн: тихонько поднять одну из крошечных капелек. Не без сожаления я придушила мысль в зародыше. Врачи не воруют!

Комиссар Пети обыскал тело. Достал еще один мешочек. Вышел за ограждение, раскрыл. Машка подскочила и засунула любопытный нос. В нем лежал комок каких-то украшений – очевидно, украденных на вечеринке у Ирусика. Вот только колье Марии-Антуанетты там не было.

— Это вы виноваты в смерти Алисы! Я говорила – надо ехать быстрее! – прошипела Машка. – Ну хоть что-то нашли! Надеюсь, нам дадут почетную грамоту за помощь французской полиции?

— Как бы вам не дали срок, – пробурчал Пети. Но в его голосе звучала не угроза, а самодовольство поймавшего мышь кота.

— Как на самом деле вы узнали, что похищенные ценности находятся в… – комиссар Пети на мгновение запнулся, – в экспонате галереи Милицы Бабич?

Он упорно отказывался называть жопу – жопой, а Алису Алисой, предпочитая ее имя по паспорту. Хотя вряд ли и оно было настоящим.

Мы сидели в уже знакомом нам полицейском участке, но чувствовали себя гораздо уверенней, чем в прошлый привод.

— Дело в том, что я очень люблю старинные подсвечники необычной формы, – начала Машка.

Пети тут же вскипел:

— Оставьте журналистские штучки для вашей газетенки. Отвечайте прямо на вопрос!

— Я и отвечаю, – невозмутимо продолжила она. – В галерее Алисы я видела нарисованную ею картину с подсвечником в виде лиры на окне с занавесками. Сама Алиса сказала, что никогда в доме Мари не была.

Но когда мы зашли в спальню, где ее убили, я увидела то самое окно с тем самым подсвечником. Значит, Алиса там бывала и нам соврала. Но зачем?

Во время пожара я спросила горничную, приходила ли к ним молодая женщина баскетбольного роста. Горничная ее не видела. Но вспомнила, что несколько раз очень высокий парень заходил к Мари через черный ход.

Думаю, Алиса, переодевшись, приносила Мари какую-нибудь редкую антикварку, а сама присматривалась к дому. Ну и заодно присмотрела картинку для натюрморта. Наваяла, а потом сообразила и струхнула, нам даже разглядеть не дала.