Книга Нежная ночь Ривьеры, страница 113 – Наталья Барабаш

Я отметила, как метнулись к картине взгляды Кати и горничной.

— Что же нам делать? – нежно проворковала Машка. – В отель возвращаться боимся…

Мари царственно обернулась к Кате и приказала:

— Скажи, пусть подготовят гостевую. Вы остаетесь у меня. Сюда он сунуться не посмеет. Всегда знала, что он негодяй, но это… Катя, на два слова!

Хозяйка что-то зашептала ей в ухо. А когда мы уже подошли к двери, вдруг окликнула меня:

— Ты! Вот ты, да! Потом зайди. Поболтаем.

В этой поездке все решили оттоптаться на Машкином самолюбии.

— Зачем вы сюда приперлись! – шипела Катя, провожая нас в выделенные «покои». – Мне теперь из-за вас здесь ночевать!

— Зачем? – удивилась Машка.

— Старуха попросила приглядеть за вами. Чтобы чего-нибудь не сперли! – хмыкнула та. – Мания у нее такая: ей кажется, что все ее обкрадывают. За полгода трех горничных уволила. Обыскивает их вещи. И если ничего не находит, подкидывает какую-нибудь брошку сама. Старость – не радость. Деменция, мания преследования. А у меня, между прочим, были свои планы!

Я посмотрела на стоящие вдоль коридора расписные ларцы, шкафчики с безделушками, выцветшие гобелены на стенах, потемневшие от времени портреты чьих-то предков. Ценностей здесь хватало.

А Машка фыркнула:

— Извини, подруга. У нас тоже были свои планы. До того, как ты втянула нас в эту историю. Теперь нам надо как-то дожить до отьезда на родину.

Катя пожала плечами, толкнула одну из дверей, и мы зашли в просторную комнату с двумя кроватями, изящным столиком у окна, огромным пузатым шкафом красного дерева и старинными морскими пейзажами на зеленовато-выцветших обоях.

— Ладно, располагайтесь, – кивнула Катя. И повернулась к Машке: – А про Влада… Это ты всерьез? Или просто у вас деньги кончились и негде ночевать? У него же бабло из ушей лезет, на фига ему воровать?

— Может, он держатель общака, вот бабло и лезет из ушей! – парировала Машка.

— Ну, ок. Журналистам из Москвы виднее. А ты иди к старушке, – с усмешкой посмотрела на меня Катя. – Часа два послушаешь, что у нее болит!

Но она ошиблась.

Когда я вернулась в гостиную, Мари повелительно кивнула на диванчик рядом с ее креслом и приказала:

— Итак, говори, что вы от меня скрываете?

— Ничего, – промямлила я.

— Не ври. Подружка твоя бойкая, наглая, сразу видно, журналисточка. А ты ничего. Попроще, – сделала она мне сомнительный комплимент. – Чего этот негодяй на самом деле от вас хотел?

— Мы же сказали – какое-то Зеркало Португалии.

— Всегда был дурак. – перебила меня Мари. – И больше ничего?

— Нет…

— А вообще, что за люди вокруг него? Бандиты?

— Почему бандиты? Обычная светская тусовка. И телохранители, – уклончиво ответила я.

— До чего же надо опуститься, чтобы ходить с телохранителями! – скривилась Мари. – Вот так растишь, растишь детей! А вырастают или игроманы, как папаша Поля, или подлецы. Только и думают о деньгах. Разве такими я мечтала видеть своих сыновей? У нас в роду – французские аристократы, приближенные королей. Были, конечно, и бастарды. Но почему надо унаследовать худшее? За все мои заботы!

Она театрально поднесла руку ко лбу, как актриса в немых фильмах.

И вдруг просияла:

— Поль! Вот моя надежда. Умный, воспитанный мальчик. Но в последнее время он мне тоже не нравится. Похудел, связался с этой юродивой Лизой. Ты же видела ее? Не девка, а утопленница. И его в этот омут затянет. Что про нее скажешь?