Книга Во сне и наяву, страница 164 – Татьяна Бочарова

Что было делать? Ждать возвращения Дмитрия и попытаться разузнать у него код сейфа? Во всяком случае, ничего другого просто не оставалось.

Я поглядела на часы. Возня с комбинациями заняла два с лишнем часа. Времени до прихода Дмитрия было еще достаточно, я решила спуститься и обыскать первый этаж, но перед этим позвонить Толику.

— Привет, – сказала я, набрав номер.

— Привет. Какие новости? Ты нашла расписку?

— Пока только сейф, в котором она предположительно лежит.

— Он заперт? – спросил Толик с тревогой.

— Да.

— Тебе известен код?

— Нет. Пока нет.

— Плохо. – Он вздохнул. – Плохо, Василек. Код нужно узнать. Понимаешь, любой ценой узнать, как угодно!

— Понимаю. Ты не волнуйся. Я попробую довести дело до конца. Целую.

— И я тебя.

Следующие два часа также оказались потраченными впустую: никаких важных документов я не обнаружила.

Голова стала кружиться гораздо сильнее, в желудке сосало от голода. Пришлось прерваться, сходить в столовую и сделать себе еще чашку кофе. Впихнуть в себя что-нибудь съестное я так и не смогла – очевидно, сказывалось нервное перенапряжение.

Не успела я ополоснуть посуду и сунуть перчатки в карман куртки, как услышала во дворе приглушенный рокот машины. Я стремглав кинулась отпирать дверь.

— Привет! – весело поздоровался Дмитрий, заходя в холл. – Извини, задержался маленько. К дочке в школу пришлось съездить, у них там концерт сегодня, она выступала.

— Пела?

— Танцевала. Она у меня рок-н-роллом занимается с шести лет. Ты как, не скучала? – Он ласково потрепал меня по щеке.

— Скучала, – призналась я, лихорадочно соображая, как бы заставить Дмитрия зайти в кабинет или хотя бы заговорить о сейфе.

— Я тоже скучал, – мягко проговорил он. – Даже пообедать никуда не заехал. Ты-то сама ела что-нибудь?

— Ела, – соврала я.

— И я перекушу. – Дмитрий, обняв меня, отправился в столовую. Приоткрыв холодильник, он присвистнул и поглядел на меня с удивлением:

— Все нетронутое! Чем же ты питалась, святым духом?

— Я сделала себе бутерброды.

— Тут куча всякой всячины, и салаты, и курица гриль, и фрукты. Лень в тарелку было положить?

— Просто не хотелось.

— Лида, Лида! – Дмитрий укоризненно покачал головой. – Ты еще совсем ребенок, я гляжу. Небось дома мама за тобой ухаживает.

— Иногда, – уклончиво ответила я и присела за стол, чувствуя: еще секунда, и упаду от ставшего невыносимо резким головокружения.

Дмитрий взглянул на меня с тревогой.

— Ты какая-то бледная. Не выспалась или нездоровится? Давай разогрею тебе курицу.

— Не надо, – проговорила я поспешно. При упоминании о еде к горлу подкатил удушливый комок.

Похоже, я совсем раскисла. Это никуда не годится. Надо взять себя в руки, иначе все окажется впустую. Мои старания, надежды Толика, план его спасения. Этого нельзя допустить!

— Детка, да у тебя, наверное, гастрит. – Дмитрий принялся доставать из холодильника продукты, при виде которых мне сделалось еще хуже. – Нужно лечиться. Съездить на воды, это здорово помогает. Вот, попей пока. – Он поставил передо мной стакан «Боржоми».

Я с жадностью осушила его. Омерзительно пахла курица на сковородке, от салата несло прокисшим майонезом.

Ох уж мне эта холостяцкая кухня – все готовое, острое, с приправами. Завтра утром нужно будет сварить себе кашку.