Книга Пианистка, страница 89 – Татьяна Бочарова

— Тогда пока, – попрощалась Саша и, повесив на плечо легкий, почти невесомый баул, скрылась за дверью купе.

Карина, надежно укрывшись за шторкой, глядела на платформу, уже полную народа. На переднем плане коренастый взасос целовал Соню. Рядом стояли ее сумки, на одной из них сиротливо лежал букет.

Чуть поодаль друг напротив друга стояли Павел и Галина. Лица у обоих были печальными, Галя время от времени прижимала к глазам платок.

Позади них топталась в ожидании Леля. Вот она вскинула голову, лицо ее просияло, она замахала руками и кинулась к соседнему вагону. Карина увидела Олега, широко шагавшего по платформе. Леля налетела на него, обняла, затем на секунду отстранилась, что-то возбужденно говоря и жестикулируя. Потом снова повисла у него на шее.

Карина посидела еще с минуту, наконец подняла свою сумку и побрела к выходу.

Сони с мужем на перроне уже не было, ушел и Павел. Галина стояла одна и, не стесняясь, плакала, сморкаясь в мокрый платок.

Леля все так же обнимала Олега, изредка оглядываясь по сторонам.

Карина подошла к ним.

— Кариша! – радостно закричала Леля, заметив ее. – Ты что так долго? – Она оставила Олега и кинулась к ней. Чмокнула ее в щеку, потом в другую. – Как же я соскучилась! Хорошо съездили?

— Нормально. Как ты?

— Я? Отлично. Гуляю каждый день. Одышка проходит потихоньку, а маленький стал так пихаться – просто спасу нет никакого! Это, конечно же, мальчишка, сомневаться не приходится.

— Ты могла бы и не приезжать на вокзал, – укорила Карина. – Все-таки холодно, и народу полно, подцепить заразу ничего не стоит.

— Глупости. – Леля беспечно махнула рукой. – Как это я не приехала бы? Да я с ума тут стронулась от скуки – вы ведь мне почти не звонили, бессовестные!

Мимо тяжело протопала Любаша в длинной, до пят, нутриевой шубе, нагруженная двумя чемоданами. За ней налегке плелся Михалыч, которого по пути в Москву скрутил приступ холецистита.

— Эй, народ, – хоричка строго оглядела Лелю, Олега и Карину, – долго стоять тут собираетесь? Сажайте свою беременную в такси и везите домой.

— Верно, – спохватилась Карина. – Сейчас идем.

— Три дня выходных, – слабым голосом объявил Михалыч и побрел дальше.

В машине Карина с Лелей сидели по обе стороны от Олега. Всю дорогу Карина молчала, наблюдая в водительское зеркальце, как Леля прижимается к мужу, щекоча губами его ухо. Олег, напротив, вопреки всегдашней сдержанной суровости, болтал с Лелей, рассказывал забавные случаи из поездки и нежно поглаживал по руке.

— Зайдешь к нам? – спросила Леля Карину, вылезая из такси.

— Нет, – твердо ответила та, стараясь не глядеть в сторону Олега. – Устала с дороги. Буду вещи разбирать, душ приму. А после завалюсь спать, а то на этих полках всю ночь глаз не сомкнуть.

— Ну ладно, – с легкостью согласилась Леля. – Завтра увидимся.

Очутившись дома, Карина разделась, швырнула сумку в угол, опустилась на диван и сидела полчаса, не двигаясь и не меняя позы.

Потом она наполнила ванну, развела в ней душистую пену, скинула дорожные вещи и долго лежала в обжигающе горячей воде, без мыслей и эмоций.

Постепенно ей становилось легче, вялость и оцепенение последних двух дней отступили, на смену пришла способность рассуждать здраво и хладнокровно.

Итак, возможно, то, о чем говорила Русудан, уже начало сбываться: они с Олегом отдалились друг от друга и скоро, вероятно, расстанутся совсем. Стоит ли дожидаться момента, когда разрыв станет очевидным? Не лучше ли попытаться обмануть судьбу и уйти первой?