Книга Пианистка, страница 30 – Татьяна Бочарова

— В чем дело? – мягко спросила Карина. – Где твои родители?

Мальчонка попытался что-то сказать, но из его рта вырывались только всхлипывания.

— Ну, успокойся. – Она обняла ребенка, прижала к себе.

Тот доверчиво ткнулся светловолосой головой ей в бок. Он чем-то напоминал Лелю – такой же белобрысый, веснушчатый, и так же градом текли по его розовому лицу крупные, прозрачные слезы.

— Давай-ка расскажи, что случилось, – попросила Карина. – Может быть, я смогу тебе помочь.

— М-мама… – пролепетал мальчик. – Она… – Видно было, что он изо всех сил сдерживается, чтобы снова не зареветь, и это трогательное проявление силы воли вызвало у Карины уважение.

— Ты потерялся? – догадалась она. – Отстал от мамы, или, наоборот, убежал вперед? Не бойся, она сейчас подойдет.

Пацан отчаянно замотал головой:

— Нет! Она не придет! Ее… – он судорожно сглотнул и все же докончил: – ее увезли. В больницу, на «Скорой».

— Господи, – озадаченно проговорила Карина, – что же с ней такое?

— Сердце, – совершенно по-взрослому, серьезно и лаконично ответил новый знакомый.

— С кем же ты остался?

— Один. – Он уже не плакал, лишь время от времени шмыгал носом. Мордашка у него была симпатичная, бесхитростная, и Карина почувствовала, как сердце наполняется щемящей нежностью.

— Совсем один? – не поверила она. – Этого не может быть. Когда маме стало плохо?

— Утром.

— Где же ты был все это время?

— В номере сидел. – Паренек тяжело вздохнул и еще теснее прижался к Карине.

— И что же, никто за тобой не пришел – я имею в виду горничную или дежурную по этажу?

— Никто, – горестно подтвердил малыш.

— Вот паразиты, – не выдержала Карина.

Нечего сказать, хороша администрация: отправила бабу в больницу и не заметила, что в номере остался ребенок.

— Разве у вас с мамой тут не было знакомых? – поинтересовалась она у мальчишки. – Ну хотя бы соседей по столу?

— Были, – охотно отозвался тот, – дядя Сережа и тетя Света.

— И где они? Почему бросили тебя в беде?

— Они уплыли на теплоходе, сразу после завтрака. Обещали завтра вернуться.

— Ясно. – Карина кивнула. – Тебя как звать?

— Женя.

— Зачем же ты, Женя, просидел весь день в номере? Надо было сразу выйти.

— Боялся, – прошептал мальчик. – Я дверь не умею закрывать, а мама говорила, тут воруют.

— Ну ты даешь! – изумилась Карина. – А как сейчас твоя дверь?

— Открыта, – совсем тихо произнес Женя.

Глаза его снова стали наполняться слезами.

— Ну, ну, – поспешно проговорила она. – Не плачь. Вы откуда приехали?

— Из Волгограда.

— Кто у вас там остался?

— Папа. И бабушка.

— Вот что, – Карина решительно взяла его за руку, – мы сейчас пойдем к администратору и позвоним в Волгоград. Сообщим твоим родным, что мама попала в больницу. А потом решим, что с тобой делать. Согласен?

— Согласен.

Они вошли в корпус, пересекли широкий полукруглый холл, и вдруг Женя остановился, потянул ладошку из Карининой руки.

— Ты что? – Она увидела, как хорошенькое заплаканное личико вмиг побледнело и сморщилось, точно от сильной боли.

— Живот… – пролепетал Женя. – Болит… вон там… – он показал пальцем чуть ниже ребер, – и тошнит.

Испуганная Карина сгребла его в охапку, подтащила к диванчику:

— Посиди. Я сбегаю за врачом.

— Я… хочу кушать, – смущенно прошептал Женя. – Я ведь все пропустил, и обед, и ужин. А мне нельзя долго не есть, у меня этот… как его… га… го…