Книга Соло для влюбленных, страница 89 – Татьяна Бочарова

Лариса стояла не шевелясь, не зная, верить ли своим глазам. Что это, дьявольская игра или искреннее, естественное поведение? Как ей раскусить его, избавиться от его власти?

«Ты в этой опере лучше всех!» – эти слова все звучали в ушах у Ларисы и были для нее самой прекрасной, лучшей на свете музыкой. Можно отбросить слова «в опере», и тогда останется «ты – лучше всех». Именно это слышала она только что в голосе Глеба. В нем были нежность и страсть – то, что не могло оставить ее равнодушной, окрыляло, заставляя забыть про все свои страхи.

Она поколебалась еще мгновение и бегом бросилась по коридору. Быстрей, пока он еще в зале, не ушел! Пусть будет рядом и никогда больше не уезжает, не оставляет ее одну!

Глеба в зале не было. Мила, сидя на стуле и раскрыв пудреницу, не спеша подкрашивала губы. Она перевела взгляд на появившуюся из-за кулис запыхавшуюся подругу, затем выразительно посмотрела на дверь зала, но ничего не сказала.

— Подвезти тебя? – спросила Лариса, подходя к ней.

— Подвези, – охотно согласилась Мила. – Устала как собака, и ноги гудят. Ты не спешишь? – Она пристально взглянула на нее, пряча зеркальце в сумку.

— Нет.

— Да он недавно только ушел, – не выдержала Мила. – Ты могла бы его догнать. Опять поцапались?

— Я не хочу его догонять, – сухо проговорила Лариса. – И вообще, кто тебе сказал, что я его разыскивала?

— А то по тебе не видно! – насмешливо протянула Мила и встала. – Вылетела из-за кулис на четвертой скорости, того и гляди взлетишь!

— Просто я хотела кое-что сказать Лепехову, пока он не ушел, – соврала Лариса.

— Так Лепехов вон он, – ехидно заметила Мила и указала в дальний угол зала, где действительно, скрючившись и став почти незаметным, сидел режиссер и слушал в наушниках на плеере запись репетиции.

— Прости, не разглядела! – невозмутимо пожала плечами Лариса, направляясь к двери.

— С каких это пор ты стала плохо видеть? – шагая следом, проворчала Мила. – И кстати, ты больше не хочешь ему кое-что сказать?

— Больше не хочу. Передумала.

— Ну-ну, – Мила взяла ее под руку. – Ладно, убедила. Поговорим о чем-нибудь другом.

— Охотно, – Лариса невольно улыбнулась.

С Милой можно было сталкиваться почти ежеминутно из-за ее большой охоты совать нос в чужие дела, но никогда эти стычки не перерастали в настоящую ссору.

Они спустились во двор, сели в машину, Лариса повернула ключ зажигания.

Дорогой Мила, по обыкновению, болтала, а Лариса больше молчала, преувеличенно внимательно следя за дорогой. Она, в общем-то, не жалела о том, что не успела догнать Глеба. Пусть он приедет завтра, как и обещал, а сегодня вечером ей действительно лучше всего побыть одной. Сосредоточиться на роли, подумать, как сделать так, чтобы не повторилась сегодняшняя история.

Они подъехали к Милиному дому. Во дворе Сережка с компанией подростков увлеченно гонял мяч по футбольному полю. Вышедшую из машины мать он даже не заметил.

— Огромное мерси, что подкинула. – Мила чмокнула ее в щеку. – Ты куда сейчас? Домой поедешь?

— Домой, конечно, – устало проговорила Лариса. – Куда ж еще?

— Правда, – согласилась Мила, захлопывая дверцу. – Не мешает отдохнуть перед завтрашним… Ой! Глянь! Сейчас будет гол! – Она махнула рукой в сторону поля, где готовилась атака на ворота Сережкиной команды, дождалась, пока она с треском провалится, и с азартом стукнула кулаком по капоту. – Ага! Не вышло! Так им и надо!