Книга Соло для влюбленных, страница 55 – Татьяна Бочарова

— Зачем ты? – тихо сказал он, отворачиваясь от нее к окну.

— Зачем я?! А ты зачем? Посмотри, сам себя загнал в ловушку, из которой нет выхода. Неужели это жизнь для красивого, молодого, умного мужика? Почему ты не видишь ничего вокруг себя, не хочешь видеть, ослеп? – Голос ее сорвался, она замолчала.

— Мила, – выражение лица Артема смягчилось, голос стал ласковее. – Не надо. Я все вижу, не слепой. Но… я не могу. Мне, наверное, не нужно больше приходить сюда, расстраивать тебя…

— Нет, приходи! – испуганно проговорила Мила. – Пожалуйста! Я никогда больше… – Она почувствовала близкие слезы, постаралась сдержать их. Артем заметил это, осторожно положил руку ей на плечо. – Ведь что-то есть, – Мила всхлипнула, попыталась выжать из себя улыбку, – какая-то причина. Иначе почему?..

— Есть, – он кивнул, продолжая ласково гладить ее по плечу.

— Знаю я эту причину, – она сбросила его руку. – Ларка! Пойми, это глупо! Ну разве ты не видишь, что ей нужно в этой жизни? Разуй глаза! Посмотри, она млеет от своей страсти к нашему нижегородскому мальчику! Дай ей волю, на сцене начнет с ним трахаться! Ты… – она внезапно смолкла, вглядевшись в лицо Артема. Такого странного выражения Мила никогда не видела. Оно одновременно испугало ее и заворожило. А главное, отчетливо стало ясно, что все затеянное сегодня с утра бесполезно и бессмысленно. «Старая дура», – с горечью проговорила про себя Мила. Впрочем, почему старая? Кажется, они с Артемом почти ровесники. Но разве в этом дело?

— Давай не будем трогать Ларису, – спокойно сказал Артем. – То, что с ней происходит, – ее личное дело.

— Конечно, – Мила кивнула, вытерла слезы в уголках глаз. – Знаешь, мне через неделю исполнится тридцать три. Смешно, правда? Как Иисусу Христу. Только он за это время успел спасти человечество, а я…

— Ты тоже немало успела, – улыбнулся Артем. – Вырастить чудесного сына, сыграть уйму ролей, вскружить голову многим мужчинам.

— Ладно, насчет «вскружить голову» кто б говорил! – Мила тоже улыбнулась, но улыбка вышла жалковатой и печальной. – А Сережка действительно у меня парень что надо. Скоро вернется.

— Я пойду, Мил? – спросил Артем.

— Иди. И не вздумай в следующий раз отказаться от обеда!

— Что ты! Я съем все, ты еще пожалеешь, что меня пригласила. – Его серые глаза смеялись, точно и не было их тяжелого, дурного разговора.

Он кивнул Миле и вышел в коридор, а она так и осталась сидеть за столом, точно оцепенев, слыша, как хлопает входная дверь. По щекам ползли слезы, оставляя у глаз черные дорожки размазавшейся туши.

О чем они пишут романы, эти писатели! Написали бы о ней: вся ее жизнь – готовый роман, где на долю героини выпало много слез, унижений и грязи и совсем не досталось счастья. Впрочем, не совсем так. Счастье все-таки было, но такое давнее, такое короткое…

Замуж Мила Копылова выскочила, не дождавшись восемнадцати, по сумасшедшей любви и по залету. Сережка Калитин учился в параллельном классе, и все девчонки-старшеклассницы сходили по нему с ума. Высокий, красивый, и на гитаре играет, и песни поет, и, вдобавок ко всему, почти круглый отличник. Ну как на такого не запасть?

Мила и запала. Вдвоем с лучшей подружкой, Катькой. Вечерами вместе бегали к его дому, бродили по бульвару напротив, поглядывали на два заветных окна. Дожидались – вдруг выйдет?