Книга Соло для влюбленных, страница 40 – Татьяна Бочарова

— Красиво у тебя, – согласился Артем, беря с тарелочки маленькое печенье в форме засахаренного сердечка. – Когда теперь на работу?

— Недельку-другую посижу дома, отдохну, – усмехнулся Богданов. – Постановка от моего отсутствия не сильно пострадает, роль-то с овечий хвостик. Как у вас дело, движется?

— Движется, – кивнул Артем. – Премьера назначена на четвертое сентября. Уже поем под оркестр.

— Ну и славно. – Богданов поднялся, подошел к стенке, достал из ящика шашечную доску. – Сыграем? А то все на бегу да на подоконниках. Когда еще случай подвернется.

— Давай, – согласился Артем.

У Богданова ему нравилось – здесь было уютно и спокойно, уходить не хотелось. Они разложили на столике доску, расставили шашки и начали партию. Игра шла почти молча, так как ни один, ни другой не любили много разговаривать. Лишь иногда Богданов комментировал вслух особо удачные ходы. Артему такая безмолвная, спокойная игра позволяла расслабиться, принося настоящее удовольствие.

Они с Евгением сыграли подряд шесть партий со счетом четыре‑два. Конечно, в пользу Богданова, как, впрочем, и всегда.

— Еще? – Евгений улыбнулся, сгребая в кучку побитые шашки.

— Можно, – Артем кивнул.

— Тогда я пойду вскипячу чаю.

— Сиди. – Артем поднялся, взял остывший чайник. – Я сам. Где у тебя кухня?

— Направо по коридору. Не бойся, не заблудишься. – Женя удобно откинулся на спинку кресла и потянулся к лежащему на столе телефону.

Артем вышел из комнаты. Кухня оказалась такой же просторной, как и гостиная, только мебель, в отличие от нее, здесь была современной. Артем поставил чайник на конфорку, зажег газ. С холодильника с утробным мурлыканьем спрыгнул большой пушистый кот. Почему он все это время находился здесь, а не в мягком кресле, оставалось загадкой. Кот потерся о его ноги и, учуяв, видно, собачий дух, недовольно мяукнул и отошел. Сунулся в свою плошку, наполненную кусочками корма, и брезгливо фыркнул, но потом, подумав, все же принялся за еду.

Из комнаты едва слышно донесся голос Богданова: он с кем-то разговаривал по телефону. Чайник, закипая, начал посвистывать. Артем снял с крючка цветастую прихватку, взялся за раскалившуюся ручку, аккуратно обошел обедающего кота и направился обратно в комнату.

У самых дверей он слегка притормозил. Богданов еще не закончил говорить, и беседа, судя по последним словам, долетевшим до Артема, была не деловой, а сугубо личной.

— Я очень соскучился, – в голосе Евгения послышались непривычные мягкие интонации. – Сколько уже мы не виделись? Нет, не три дня, а гораздо больше. Друг мой, у тебя такая короткая память! – Он помолчал, выслушивая ответ, а потом проговорил еще мягче: – Ну, когда ты приедешь? Завтра? А почему не сегодня? Да, я так хочу. Да! Ну хорошо. К восьми. Я буду ждать. Целую.

Артем услыхал, как трубка легла на рычаг. Ему было неловко. Получалось, он невольно подслушал разговор Богданова. Оказывается, у него роман, и, как видно, серьезный. Женщина, которой он только что звонил, явно много значит для Евгения. Это слышно по тону его голоса и видно из того, что Богданов не смог дождаться, пока Артем уйдет, а воспользовался паузой в их общении, чтобы позвонить подруге.

Надо же, странно, никак нельзя было подумать про Женьку, что он способен на такое романтическое, сильное чувство. В театре он знаменит гордым одиночеством и отсутствием интереса к противоположному полу. Поговаривали, что у него была жена и даже ребенок, но они расстались. Впрочем, это могло быть как правдой, так и выдумкой. Хорошо, что у Женьки есть личная жизнь, не известная никому в коллективе, но, судя по всему, наполненная и интересная.