Книга Грустная дама червей, страница 148 – Татьяна Бочарова

Зачем они показывают ей все это?

Карина хотела переключить программу, но рука дернулась, и пульт, выскочив, упал на пол. Она нагнулась за ним, подняла. Направила на экран и увидела изображение самолета.

Внезапно что-то загудело у Карины в ушах, так сильно, будто включилась электродрель. Пальцы ее с силой надавили на звуковую кнопку. Дикторша с экрана заговорила неестественно громко, будто стараясь перекричать треск неисправного телевизора:

— …На данный момент это все, что мы можем сообщить о крушении авиалайнера Ил-62, следовавшего из Хабаровска в Москву дополнительным рейсом. Подробности о причинах катастрофы будут известны позже, когда появится доступ к информации, зашифрованной в черных ящиках. Их поиск уже начался…

Это было последнее, что услышала Карина. Дальше все звуки слились в одну сплошную какофонию и исчезли, а вместе с ними пропала способность что-либо видеть и чувствовать…..

…Она очнулась от того, что в соседней комнате надрывался телефон. Па экране еще продолжались «Вести», — видимо, Карина потеряла сознание ненадолго, всего на несколько секунд.

Она лежала неподвижно и слушала бесконечный трезвон, почти ничего не ощущая, кроме странной оцепенелости во веем теле. Ей вдруг захотелось спать. Заснуть и не просыпаться долго-долго. Всю жизнь.

Телефон не умолкал, он не давал ей уснуть, и Карина неловко сползла на пол с кровати. На негнущихся ногах подошла, сняла трубку.

— Они погибли! — истерически выкрикнула ей в ухо Тамара. — Ты слышишь, они все погибли! Разбились! Самолет горел! Три часа назад… — Она зарыдала, и связь прервалась.

Карина застыла посреди комнаты с трубкой в руке.

Три с половиной часа назад умерла Леля. И в эти самые минуты где-то далеко, над Сибирью, загорелся огромный самолет, на котором летел Олег. О чем он думал в эти минуты? Было ли ему страшно, больно? Знал ли он, чувствовал, что оставляет эту землю не один? А может быть, в самые жуткие мгновения, когда земля неслась на него с большой скоростью, а из хвоста лайнера хлестало пламя, светлый Лелин образ призрачно встал перед ним, протянул руки, заслонил, прогнал ужас и страдание, облегчил переход в другой мир?

…Она потеряла их обоих. Все произошло в точности так, как предсказывала Русудан. Могла ли Карина предположить, что ее пророчество окажется столь жестоким?

Она боялась лишь предательства Олега, боялась быть брошенной им, но никак не думала, что соперницей, забравшей у нее любимого, станет вовсе не Леля, а смерть. Страшная смерть в пламени, которую некогда нагадала Олегу цыганка и в которую он упорно отказывался верить, считая себя неподвластным року и высшим силам.

Глупая самонадеянность. Бесполезно пытаться обмануть судьбу. Она все равно настигнет в нужный момент, раздавит, растопчет без жалости и сострадания, а заодно прихватит тех, с кем связала нас невидимая взгляду небесная веревочка. Та веревочка, о которой когда-то говорила Леля Карине, стоя в больничной палате рядом с постелью Олега.

Безотчетно, подсознательно Леля была готова в любой момент последовать за ним куда угодно, хотя бы и за последнюю, предельную черту, и сделала это легко, без слез и сожалений, так же естественно, как дышала, говорила и двигалась…

Трубка давно лежала на полу, исходя надрывными, хриплыми гудками. А Карина так и стояла перед телефоном онемевшая, недвижимая, не знающая, что теперь делать со своей жизнью, снова одна на пятом этаже под крышей.