Книга Негламурное ток-шоу, страница 121 – Елена Гордина

— Вместе с воблой???

— Господи, — Павел нахмурился, — твой язык без костей. При чем здесь Фаина? Я просто приглашаю тебя поужинать, хорошо?

— Я подумаю, — буркнула я, выходя из кабинета. «Почему он так активизировался? Неужели из-за денег? То видеть меня не хотел, а то…»

— Павел, а мне некогда, я вспомнила, — уже в машине я передумала. — Мне надо кое-куда зайти.

— Я тебя отвезу, — с готовностью отозвался мужчина, протягивая мне букет роз, который он только что достал с заднего сиденья машины.

— Нет, — мне стало противно. «Боже, как он изменился, узнав про наследство!»

Я вылезла из автомобиля, но Павел тут же преградил мне дорогу.

— Лиза, я виноват…

— Господи, — не выдержала я, — да ты сам на себя не похож! Что случилось?! Неужели на тебя такое впечатление произвели мои деньги?

— Какие деньги? — Павел нахмурился. — Да нет у тебя… — Он осекся на полуслове. — Значит, ты считаешь, что я такой корыстный?

Я промолчала, а Павел, больше не сказав ни слова, сел в машину и уехал.

Я осталась стоять посреди дороги с букетом роз и кислой миной на лице.

— Надо было прочитать статью полностью! — у меня была истерика, я смеялась до слез, до икоты.

Следователь молча наполнил стакан водой и протянул его мне.

— Выпейте!

Я послушно пригубила.

— Простите, — я икнула, — что-то нашло.

Я, как обычно, давала показания в кабинете следователя по делу Вадима, когда Александр выложил на стол ту самую желтую газетку, которую я уже однажды читала в электричке.

— Вы это видели? — следователь ткнул пальцем в рубрику «Чудеса в решете».

— Мельком, я тогда не дочитала до конца, — я взяла газету в руки, прочла несколько строк и… начала смеяться. В заметке черным по белому было написано, что мультимиллионер Алексей Вахровцев оставил часть своего огромного состояния, а именно тридцать семь миллионов долларов своей любимой женщине и незаконнорожденному сыну и (или) его семье в России В СЛУЧАЕ, ЕСЛИ ОНИ ЗАЯВЯТ СВОИ ПРАВА НА НАСЛЕДСТВО В ТЕЧЕНИЕ ТРЕХ ЛЕТ СО ДНЯ ЕГО СМЕРТИ! А так как прошло уже четыре года, — сообщалось далее в газете, — то все деньги согласно завещанию Вахровцева остаются в фонде Вахровцева и пойдут на благотворительные цели.

— Теперь вы понимаете, почему фонд специально не прилагал никаких усилий по поиску родственников вашего деда? — Александр усмехнулся. — Мне жаль, но вы тоже не получите ни копейки. Наши представители уже связались с этим фондом в Германии, и они подтвердили мои опасения. Там сидят умные люди, они три года умалчивали все тонкости этого дела, следили за тем, чтобы не было публикаций в прессе. Насколько я знаю, им не удалось отследить только одну статью, попавшую в Интернет.

— Ее-то как раз и прочитал Радик, — я вздохнула. — Просто мистика!

— И заметьте, нигде, нигде не было сказано про то, что завещание имеет силу всего три года, пока эти три года не истекли.

— Ладно, — я махнула рукой, — не было таких денег и не надо. От них одни неприятности.

Александр улыбнулся:

— Я тоже так считаю.

— Александр, ну теперь, когда уже стало ясно, что все убийства совершили Радик и Вадим, я могу задать вам один вопрос? Это очень важно, — я замешкалась.

— Да, конечно.

— А это точно, что в убийстве обвиняют именно Радика и Вадима? — на всякий случай уточнила я.