Книга Роковая монета, страница 45 – Наталья Николаевна Александрова

— Пожалуй, высокая. Когда она из каюты выходила, пригнулась, чтобы не удариться головой о притолоку. Там двери низкие, но я проходила, не нагибаясь.

— Значит, выше тебя… а ты примерно метр шестьдесят пять.

— Метр шестьдесят три.

— А еще что ты запомнила?

— Точно помню, что не полная. А волосы… волосы были, по-моему, заколоты. Или вообще капюшон куртки был накинут, так что насчет волос я не уверена. И вообще, я тебе уже все рассказала, что могла, и даже больше. Давай уже закончим на этом. А то скоро муж вернется, ему наш разговор может не понравиться. – И Ольга очень выразительно посмотрела на Надежду. Дескать, я тебе, конечно, благодарна, но муж у меня мужчина серьезный, может и накостылять, если что. Так что давай завязывай уже с разговорами.

— Ладно, ладно, закругляюсь. Только вот еще последний вопрос. Ты, случайно, не помнишь, в какое примерно время вы видели эту таинственную женщину?

— В половине второго, – не задумываясь, ответила Ольга.

— Так точно? Как это ты определила?

— Очень просто! Мы ведь на следующий день должны были встретиться с курьером, там все по минутам было расписано. Так что мы часы и таймер на телефоне на точное время установили, и я как раз тогда сверилась со временем – чтобы на следующее утро установить будильник и не проспать встречу. Так что точно – это было в половине второго… Ну, ты уйдешь, наконец?

— Еще вопрос, последний, – невозмутимо сказала Надежда, – а скажи, пожалуйста, для чего ты Машину сумку брала?

— Какой еще Маши? А, это писательница та прибабахнутая! – рассмеялась Ольга.

— А ты откуда знаешь, что она писательница? Вроде бы она никому не говорила…

— Ой, ну я тебе умоляю! – Ольга замахала руками. – Да мы сразу догадались! Там книжки стояли перед входом в столовую – ну, чтобы кто хочет взял почитать, если скучно, я смотрю – она две книжки каждый день вперед выставляет. Поглядела я из любопытства – а там фотка ее на обложке. Непохожа, конечно, фотошопом обработано, но узнать можно. Мария Рыбникова – точно, это она. А эта самая Елена Юрьевна еще разговор вроде случайно навела на дамские детективы, а Маша молчит, прямо позеленела вся. Ну, не хочет человек признаваться, так нам-то какое дело.

— Ну да, ты, я так понимаю, книг вообще не читаешь… – не удержалась Надежда.

— Да некогда мне, и не скучно, когда мужчина рядом! – отмахнулась Ольга. – Всегда есть чем заняться! А Елена Юрьевна тогда одним глазком заглянула и сказала, что насчет детективной линии она не знает, потому как сразу в конец посмотрела, чтобы выяснить, кто там убийца, а вот насчет отношений между мужчиной и женщиной – это такая фигня, что и читать противно. Ничего, мол, эта писательница в людях не понимает, и в конце у нее героиня и дело расследует, и личное счастье находит, в общем, такая бодяга, что блевать тянет…

— Так и сказала?

— Да нет, она, конечно, поприличнее выразилась, это я своими словами передаю.

— А вы только между собой сплетничали или мужчины тоже в курсе были?

— Да весь стол был в курсе!

— И этот самый… как его… Глеб?

— Ну да, он тоже, только разговоры такие не поддерживал, всегда старался тему сменить.

— Ладно, так что там с Машиной сумкой?

— А… это я, понимаешь, подстраховаться решила. У нас ведь как: они там, в Киле, должны были посылку передать, а мы им – карточку, по которой они деньги получат. Карта-то у меня осталась, вдруг, думаю, полиция ею заинтересуется? Вещи-то наши они осмотрели. Я и сунула карту в сумку этой малахольной Марии.