Онлайн книга «Роковая монета»
|
Зачем он к нему шел? Надежда взяла себя в руки и перевела дыхание. Да что это с ней? Вроде в мастерской воздух свежий, разве что краской немного пахнет… Тут она перехватила пристальный взгляд Игоря, который смотрел на нее с явным сочувствием: — Что, ты тоже что-то почувствовала? — О чем это ты? – проговорила Надежда безразличным тоном. — Да знаешь о чем! Ты тоже что-то почувствовала, когда посмотрела на монету. Я заметил, как ты побледнела, как у тебя дыхание перехватило… А ведь это всего лишь рисунок. Представляешь, что я испытал, когда увидел оригинал? — Ну, не знаю. Мне просто душновато стало. Краской у тебя здесь пахнет… — Да глупости! Краска масляная, натуральная, от нее никакого вреда. Нет, тут все дело в монете. Со мной то же самое было. Непростая это монета… — Одно могу сказать: если твой рисунок так на меня подействовал, это говорит о том, что ты – хороший художник. — Ну, с этим я спорить не буду… – скромно проговорил Игорь. Сумерки быстро опустились на селение. Соловьи и бюльбюли захлебывались своими любовными руладами, к ним добавляли свои скромные голоса камышовки, зяблики и овсянки. Высокий рыжеволосый человек в коротком, вышитом по краю хитоне подошел к белеющему в темноте домику, утопающему в зелени, постучал в окно. Окно открылось с негромким стуком, и из него выглянула женщина с нежным лицом, обрамленным темным водопадом кудрей. Вглядываясь в заоконную темноту, она проговорила низким, грудным голосом: — Кто здесь? — Это я, Мария! – отозвался рыжеволосый, с трудом преодолев перехвативший горло спазм. — Ты, что ли, Иуда? Что тебе нужно в столь поздний час? — Ты знаешь, Мария, что мне нужно. То же, что и прежде. Я принес обычную плату. — Ты хочешь от Марии того, что и прежде, но здесь нет прежней Марии. Я стала другой, и я не могу дать тебе того, чего ты хочешь. — Мария! – рыжеволосый возвысил голос. – Что ты делаешь со мной, Мария из Магдалы? Ты разрываешь мое сердце! Прошу, впусти меня в дом, возьми мои деньги и подари мне сладость своей любви! — Иуда, Иуда, ты не знаешь, о чем просишь. Говорю тебе – здесь нет прежней Марии Магдалины. Она осталась в прошлом. Ты просишь меня о любви, но знаешь ли ты, что такое любовь? — Мария, ты, должно быть, играешь со мной. Может быть, ты хочешь повысить плату? Я заплачу тебе вдвое больше, только подари мне свои ласки! — Нет, Иуда, нет. Мне не нужны деньги. Я и те, что у меня были, раздала бедным, ибо деньги – как короста на лице прокаженного, как кандалы на ногах каторжника… — Мария, что ты делаешь со мной… я изнемогаю от любви! Впусти меня! — Нет, Иуда. Я сказала тебе – с прежним покончено. — Мария, сжалься надо мной! — Мне жаль тебя, Иуда, но я не могу сделать то, чего ты хочешь. Я стала другой. — Мария… должно быть, ты завела нового любовника? — Я встретила нового человека, особенного человека – не такого, как ты и я. Он научил меня тому, что такое любовь. Приходи завтра после полудня к смоковнице, что растет возле Совиного брода, Он будет там. Ты сможешь послушать его и, может быть, тоже поймешь, что такое любовь. С этими словами Мария захлопнула створки. Иуда скрипнул зубами, поднял с земли комок глины и бросил его в окно. Глина рассыпалась от удара о раму. — Я приду! – прошептал Иуда пересохшим от страсти и ненависти языком. – Я приду и посмотрю на этого человека… |