Книга Скрытые улики. Сборник исторических детективных рассказов, страница 15 – Анна и Сергей Литвиновы, Юлия Алейникова, Николай Свечин, и др.

— Следы сильных ожогов на руках, груди, животе и в районе паха. Следы от веревки на запястьях.

— И что это значит?

— Перед смертью ее пытали.

— Какое варварство! Я же говорю: иностранцы.

Отделившись от стены, Смит подошел к инспектору и что-то шепнул на ухо. Лейстред кивнул.

— Посторонних прошу немедленно покинуть помещение, – взвизгнул он. – Вы, господин книготорговец, обязаны явиться ко мне для дачи дополнительных показаний…

* * *

Бенкендорф зажмурился. Описанная Маршалком картина пыток буквально стояла у него перед глазами. Зачем он только спросил о подробностях. Теперь еще ночью приснится. Граф, хоть и являлся дипломатом, но натурой был впечатлительной.

— Какое варварство, – совладав с эмоциями, проговорил он. – А еще англичане кичатся своей культурой. Сотворить такое и с кем? С женщиной, с молодой женщиной!..

— Ставки высоки, мелочи в расчет не идут.

— Жизнь барышни – это мелочь?!

— Жизнь вообще недорого стоит. Меня радует другое.

— Вас… радует? Что, позвольте, спросить?

— Она погибла, как герой. Ничего не выдала. Жаль, что за подвиг не будет награды.

— Откуда вам знать?

— За мной не следил милейший господин в сером пальто. Под которым кобура под большой калибр.

— Секретная служба? – одними губами прошелестел Бенкендорф, как будто у стен посольства тоже есть уши.

Маршалк счел вопрос риторическим.

Граф пребывал в полной растерянности, хоть сохранял на лице маску спокойствия.

— Что намереваетесь предпринять?

— Найти то, за что она погибла. Где потребуется.

Намек был понят.

— Вы хотите сказать, что… здесь? – Граф не мог произнести вслух кощунство.

— В случае необходимости.

— Я должен быть заранее поставлен в известность о любых ваших действиях.

— Невозможно.

— Почему?

— Буду действовать, как сочту нужным. По обстоятельствам.

Бенкендорфу потребовалось вся выдержка, накопленная за годы государственной службы, чтобы не совершить ошибки и не обложить по матушке наглеца. Он хоть и был графом, но ничто человеческое ему было не чуждо.

— Как вам будет угодно, – сухо сказал он. – Позволите один вопрос?

Маршалк не возражал.

— Как найдете то, неизвестно что?

— Вещь небольшая, прямоугольной формы, плоская.

— Откуда вам это известно?

— Простая система: вещи должны быть параллельны друг другу. Там, где это правило нарушено, – приложил руку посторонний. Кларисса тщательно соблюдала правило. Что позволило указать на размер и форму спрятанного. Убийца точно знал, что ищет.

— Не проще ли записка или условный знак?

— Записку можно перехватить, знак выдает. Порядок предметов ни у кого не вызывает подозрения.

— Замечательная система… – согласился граф.

— Мне нужны сведения: с кем и когда Кларисса общалась в посольстве.

— Обратитесь к секретарю Ливневу, он ведет учет.

Маршалк вышел, не удостоив Бенкендорфа дежурной вежливости. По правде сказать, граф и без того был сыт по горло общением с ним.

* * *

Борис Георгиевич только успел обменяться с Ливневым мнением о будущих скачках и темных лошадках, как приятная беседа была смята самым грубым образом. Откуда ни возьмись, возникла фигура в черном плаще.

— Вы Ливнев?

Несчастный чиновник и Ванзаров переглянулись. Ливнев искал поддержки. Но что может второй секретарь перед слепой, непререкаемой силой?

— К вашим услугам, господин Маршалк.