Книга Запах смерти, страница 91 – Эндрю Тэйлор

Секунду спустя я увидел капитана Винтура, распростертого на диване. Одна рука бессильно свешивалась с края. Его сюртук и жилет валялись на полу.

Миссис Арабелла стояла перед ним на коленях. Мистер Винтур нервно расхаживал туда-сюда перед диваном. Он посмотрел на меня, его лицо исказилось от отчаяния.

Не вставая с колен, миссис Арабелла повернула голову. В тусклом свете синяк на ее лице напоминал повязку на глазу. Шаль сползла с плеч, открыв моему взору белую сорочку. На груди алело кровавое пятно.

Бросившись ко мне, судья сжал мою руку:

— На Джона напали, сэр! Прямо на пороге нашего дома! Как я скажу его бедной матери, что его убили?!

Миссис Арабелла поднялась с колен и поплотнее завернулась в шаль.

— Милостью Божьей, Абрахам услышал его крики и открыл дверь. И должно быть, вспугнул негодяя.

— Он сильно ранен?

— Его ударили ножом. А еще рана на голове. Я отправила Абрахама за врачом. Вы разминулись всего на пару секунд.

Судья снова принялся мерить шагами комнату, при этом то и дело тихо стеная. Его ночной колпак съехал набок, и он потерял один шлепанец.

В комнате горели три свечи: одна на каминной доске и еще две – на приставных столиках с правой и с левой стороны дивана. Камин потух, в комнате было холодно.

Абрахаму сильно повезет, если он сумеет разбудить врача в такой час, подумал я. А еще больше повезет, если ему удастся найти такого врача, который отважится выйти ночью на улицу без вооруженной охраны. Какая жалость, что мы с Таунли не приехали чуть-чуть пораньше!

— Прошу вас, мадам, мне нужен свет. Не могли бы вы подержать свечу, чтобы я мог его осмотреть?

Миссис Арабелла взяла свечу. Я склонился над капитаном Винтуром. Тяжело дыша, он лежал на спине, голова покоилась на подлокотнике дивана. Его рот был открыт, и от него разило «румбо». Со стороны могло показаться, будто он просто отсыпается после разгульной ночи. Рубашка на груди с левой стороны пропиталась кровью. Шейный платок был использован в качестве перевязочного материала для раны. Отодрав окровавленную ткань, я обнаружил прямо под ключицей рану шириной примерно полдюйма, формой похожую на прищуренный глаз. Наверное, все-таки не пуля, а лезвие ножа. Судя по разорванной коже, нож был направлен вверх и вошел под углом. Из раны все еще сочилась кровь, которая, впрочем, уже начала свертываться.

— Мы должны что-то сделать, – сказала мне на ухо миссис Арабелла. – Причем очень быстро, или он умрет.

— Успокойтесь, мадам, – ответил я. – Держите повыше свечу, чтобы мне было лучше видно.

Пальцы правой руки капитана касались пола. Кончики пальцев купались в луже крови. Кровь закапала и ковер на полу. Я поднял руку раненого и повернул ладонью к себе. Ладонь и основания пальцев были в крови. Винтур, должно быть, схватился за лезвие, пытаясь вырвать нож из рук нападавшего. В противном случае нож мог войти не в плечо, а прямо в сердце.

Я отпустил окровавленную ладонь Винтура:

— А где другая рана?

— Здесь.

Поставив свечу, миссис Арабелла осторожно повернула голову мужа. Он потерял парик и шляпу. Череп был покрыт колючей щетиной, которая, к моему величайшему удивлению, уже начала седеть.

На левом виске красовалась большая ссадина с рваными краями. Я осторожно пощупал ее. Височная кость показалась мне твердой и гладкой, значит перелома, похоже, не было.