Книга Королева выполняет обещание, страница 59 – Татьяна Миненкова

Нужно заехать на работу, а потом — в салон красоты, чтобы перед свадьбой привести себя в порядок. А то с Яра станется и на свадьбе заявить, что я выгляжу посредственно. Грохочущая в колонках музыка ненадолго отвлекает от происходящего, разжимает железные обручи, сдавившие виски и грудь, помогает разложить мысли по полочкам и выкинуть из памяти сон о Князеве. И когда на подъезде к офису в моей голове, наконец, освобождается место, я вспоминаю о том, что обещала сегодня забрать Савку у Семенова.

— Ко-о-о-ость, — виновато тяну я, когда мой несостоявшийся муж и бывший жених берет трубку. — Блин-малин. Я совсем забыла…

— Просто ты такая же мать, как я — отец, — Семёнов сонно усмехается. — Савка спит ещё. И я, если честно, тоже.

— Так уже время пол-одиннадцатого, тебе что на работу не нужно?

Поняв, что Семёнов не злится, выдыхаю, глушу мотор Хариера и шагаю в офис.

— У меня сегодня отгул, а завтра — дежурство.

А у меня завтра — свадьба, которой я, наверное, с учётом сегодняшней ночи и утра, предпочла бы дежурство. Да и вообще, что угодно бы предпочла, если честно. Но уговор есть уговор. На меня и без того уже Роза Степановна — начальница ЗАГСа косо смотрит. Не знаю, что с ней случится, если я сбегу со второй свадьбы подряд.

— Тогда Савку завтра утром у тебя Ксюша заберёт. И пусть он позвонит мне, как проснётся, ладно? — прошу я, а Костя отвечает хмыканьем, которое я принимаю за согласие.

А уже положив трубку, ловлю себя на том, что Семёнов прав, и родители из нас обоих — такие себе. Но, открывая дверь офиса Фемиды, старательно выкидываю эту мысль из головы.

7 июня, суббота

DeepEnd —TheScore

Дату свадьбы выбирал Невзоров. Потому что все знают: семь — это счастливое во всех отношениях число. Он верит в такую чушь и настолько желает использовать удачу по максимуму, что с самого утра умчался на очередные важные переговоры. Ну и что, что у нас регистрация брака в одиннадцать.Фортуна не ждёт.

И, глядя с лоджии на то, как от дома отъезжает чёрный Кадиллак, думаю, что эта занятость Ярослава — к лучшему. В груди и без того неспокойно и маетно, а побыть в тишине, наедине с собой в таком состоянии — настоящее лекарство. Волнение в день собственной свадьбы — это, пожалуй, нормально. Ненормально то, что едва машина Невзорова скрывается за поворотом, как сам он полностью исчезает из моих мыслей.

Глотаю остывающий кофе и со стуком, звучащим в тишине настоящим грохотом, ставлю кружку на подоконник. Смотрю в окно, а перед глазами — Князев, с этим его «я не вижу в браке без любви смысла».

— А я вижу! — недовольно фыркаю и прикладываю лоб к прохладному стеклу. — Надо же было ему вернуться именно сейчас со своей непрошенной философией.

У меня есть Савка. Есть желание жить как все. Есть необходимость чувствовать себя защищённой крепким мужским плечом. А любовь… любовь я пробовала.Не понравилось.

Арт запрыгивает на подоконник — слишком узкий для его комплекции — и, балансируя, как эквилибрист цирка, подбирается к кружке. Нисколько не смущаясь моего присутствия, принюхивается, опустив усатую морду, а потом фыркает точно так же, как я только что, и морщит нос. Арт привык втайне от Невзорова слизывать молочную пенку с его капучино, но в моей кружке лишь горький и крепкий эспрессо без молока.