Книга Королева меняет цвет, страница 181 – Татьяна Миненкова

— В своём исследовании мы рассмотрели процессуальные аспекты постановки приговора, — уверенно продолжает Лис и кладёт ладонь на столешницу рядом с моей. — Изучили правовые основы и принципы, структуру, особенности вынесения и влияние на права сторон.

Он стоит вплотную, касаясь моей спины, и осторожно дотрагивается больши́м пальцем до центра моей ладони. Кафедра расположена на возвышении, и вряд ли кто-то из присутствующих способен заметить этот жест: такой знакомый и успокаивающий. Для того чтобы моё дыхание пришло в норму, хватает трёх вырисованных на моей ладони бесконечностей. И, хотя я всё ещё волнуюсь, расправляю плечи. Подхватываю его речь:

— Мы ознакомились со статистикой вынесения приговоров по разным категориям дел и выявили основные проблемы в этой сфере.

Напряжение спадает, и дальше мы продолжаем работать по плану. Я позволяю Князеву удерживать инициативу и внимание слушателей, отхожу на второй план и выступаю в роли, скорее, ассистента, чем полноправного партнёра. Это его проект, его звёздный час, его возможность исполнить мечту, моя задача — помочь ему это сделать.

В подтверждение исследования мы предоставляем статистику, диаграммы, графики, опросники. Рассказываем о выявленных в ходе анализа проблемах и предлагаем способы их решения. И всё время защиты меня не покидает ощущение, что всё это Лис сумел бы сделать и без меня, сам. И он прекрасно понимал это в тот день, когда предложил мне готовить проект вместе с ним. Это не было просьбой о помощи и не было жертвой, но для чего он тогда вообще на это решился?

На вопросы жюри, которые градом сыплются на нас, как только речь защиты заканчивается, тоже отвечает Князев, поскольку знает намного больше. Я просто смотрю со стороны и в очередной раз восхищаюсь его спокойствием, уверенностью и упорством. Он точно добьётся успеха, кем бы в итоге ни решил стать. Не потому, что я люблю его, а вообще, объективно. Просто иначе и быть не может.

— А что вы можете сказать о проблематике вердиктов? — интересуется седовласая женщина с кривоватой «гулькой» на голове. Кажется, из городского суда прибыла именно она. — Вердикт ведь тоже является итоговым решением по уголовным делам, разве нет?

Вопрос из серии каверзных и теоретически вообще к нашей теме не относящихся. Однако, поскольку ни Ива, ни кто-либо ещё из жюри женщине замечаний не делают — приходится отвечать.

— Вердикт выносится коллегией присяжных заседателей и основной проблемой является, скорее всего, недостаточная подготовка и отсутствие нужного образования у людей, от решения которых зависит судьба подсудимых…

Неприятная дама поджимает губы, и выражение скорби на её лице выдаёт отношение к ответу. Судя по всему, у неё зрение плохое, возраст, как никак. Она что, не заметила, что наш проект был куда ярче и интереснее остальных? Не обратила внимания, как прекрасно Лис разбирается в теме? Хочется фыркнуть или глаза закатить, но я держусь. Зато нашей оппонентке с гулькой сдерживаться не нужно, и она фыркает, ни в чём себя не ограничивая:

— Вас послушать, молодой человек, так институт присяжных вообще можно было бы отменить, а законодатель — бестолковый и глупый, раз вообще его предусмотрел!

Лис хмурится, но молчит. У меня же внутри вскипает гнев. Да как она смеет вообще? Как у неё язык поворачивается? После всей работы, что Князев проделал, после его блестящего выступления, валить его вопросами не по теме, да ещё и разговаривать с ним в таком тоне. Но я с детства слушала папины рассуждения о прелестях работы в суде, и впитала их, словно губка. Они отложились где-то в глубине сознания, а сейчас, подстёгнутые стрессом, с готовностью вынырнули на поверхность. Я делаю шаг вперёд: