Книга Единою судьбой. Академия наследников, страница 82 – Елена Помазуева

— Позаботься … обо мне, – слова ему дались с трудом.

Наверняка наследник никогда не просил помощи, а сейчас зависимое положение от постороннего человека без магии тяготит его.

— Я постараюсь, – слова прозвучали как клятва.

Некоторое время он внимательно смотрел мне в глаза, желая убедиться в правдивости и преданности, а я любовалась им и не могла наглядеться. Резкий, грозный он неожиданно раскрылся с иной стороны, где есть место боли и уязвимости.

— Первая снежинка. Что загадаешь? – спросил Лаэрт, посмотрев на небо.

— Нельзя говорить. Иначе не сбудется, – улыбнулась смене темы.

Мне казалось, желание загадывают дети, а не мужественные маги, будущие воины.

Наследник Лаэрт выделялся среди остальных. Наверное, из-за страха и первого впечатления, когда казалось, что от каждого взмаха его руки меня ожидает смерть за малейшую провинность. Кроме того, я испытывала благодарность за спасение из-под завала. Он пришел вовремя, успел и отправил в академию к лекарю. Если бы не он и не наследник Викард, не стоять бы мне во дворе дома утешительниц и не загадывать желание у первой снежинки.

— О Натали можешь больше не беспокоиться, – неожиданно прервал молчание наследник Лаэрт. – Я прекращаю с ней отношения.

— Почему? – удивилась я.

— Пора заканчивать эту связь. Впереди много работы. На развлечения не останется времени. Необходимо ее отпустить, чтобы она могла жить свободно. Запомни, Есень, порядочность в поступках необходима.

В полном недоумении уставилась на него. Я видела, каким взглядом на него смотрела Натали. Боюсь представить, насколько сильным ударом для нее станет расставание с любимым мужчиной, но осуждать или советовать не имею права. Жизнь милордов и их наследников подчиняется иным правилам, понять которые еще предстоит.

Снег усиливался. Хлопья падали, не переставая. Вскоре снегопад превратился в сплошную пелену.

— Нам пора возвращаться, – произнес наследник Лаэрт, набрав в грудь побольше воздуха и выдыхая его.

— Хорошо, господин, – послушно согласилась.

Мы сделали первый шаг из беседки, и на нас щедро высыпали крошево. Мягкие пушистые комочки таяли на коже, приятно холодя.

— Есень, прекращай обращаться ко мне «господин», – потребовал строгим голосом он. – Теперь ты в команде. Мы привыкли обращаться друг к другу по имени.

— Но как? – опешила я.

— В доме отца обращаешься как обычно, а вне его стен по имени – Эджин, – сказал Лаэрт и, развернувшись, направился в дом.

— Завтра начнется отбор, – принц Тэо устало потер лицо ладонью, а после медленно опустил кисть руки, накрывая лежащие перед ним наброски портретов. – Что думаешь, Стоик?

— Мы давно готовились. Все пройдет, как положено, – мужчина оставался в тени, не пересекая тонкую, невидимую грань между светом, очерченную магической лампой на столе, заваленном бумагами.

— Десять семей, – вздохнул принц, беря в руки листы и перебирая их по одному.

Ответа не последовало. Задачи и план были давно обговорены, сторонники заинтересованы и мотивированы, охрана дворца усилена, распорядительница несколько дней занималась обучением претенденток. И все же принц Тэо не чувствовал себя уверенно.

На него возложили новую обязанность – быть не просто наследником и приемником политики короля, а стать одной из активно действующих сил. Брак принца один из рычагов управления и воздействия на министров, аристократов и сторонников противоборствующих партий, желающих не только поделить влияние, но и ограничить власть суверена.