Онлайн книга «Соната Ужа»
|
Картинка в голове Гражины рисовалась четкая, ведьма невольно подсмотрела. Арья Наталья, графиня и любовница Гната. Куда моложе Гражины. Неужели та дотянулась наконец?! В странном порыве Агле прильнула лбом ко лбу покойницы, чтобы точно узнать, кто ту убил. Дед выбранил бы дурехой, голоса из гримуара отсоветовали — но никого из них теперь не было рядом. И ведьма повторила то, что делал с ней Рошаль, только наоборот. Потянула остатки памяти из мертвеца. ...Кошачьи вопли за окном были исполнены такой самозабвенной страсти, что арья Наталья спросонок решила, будто на дворе март. Она лениво открыла глаза. Вставать не хотелось, а сон, как назло, улетучился. Арья поворочалась, попинала кулачком жаркую подушку. Потаскуны чертовы! Единственный, ну какого лешего они распевают серенады на ее крыше?! Наталья выругалась. Ведь нарочно выбирала опочивальню окнами в сад, чтобы тихо было. Оконце под самой крышей, ставни заплетены плющом, бархатный балдахин и кисейный полог, и такая уютная дверца на черную лестницу… Чтобы гостя ее, кроме самой преданной горничной, не видел никто! Окончательно проснувшись, графиня села на огромной постели. Глотнула стоявшее у изголовья вино. И уронила кубок. Яркие сполохи плясали по стенам. По темному саду метались фонари, сквозь туман пробивалось далекое зарево, выли собаки и лениво, словно не желая просыпаться, гудел набат... Она хотела метнуться вниз, растолкать сонных слуг и окунуться в панику пожара, когда в узких проемах застревает выносимая из дому мебель, а в наволочки и простыни, годящиеся на узлы, летят подряд письма, фамильные драгоценности, родовые грамоты, столовое серебро… Но голос управителя отрезвил: — Двери подопри, дубина! За шлюхой Гнатовой придут — и нам достанется! Наталья скрипнула зубами и стала быстро одеваться. Она этому толстомясому покажет шлюху. А кто придет?! Слуги внизу быстро и деловито растаскивали майно. Управитель внезапно пропал. Глава охраны, как-то странно глядя на хозяйку, бросил, что в Састине бунт. Бунт?!.. Чего хамам вечно не хватает?! Снова хлеба? Наталья задавила в себе ярость. Мазнула по его кирасе пышной грудью. — Ты же выведешь меня... из города? Он зажал ее прямо под лестницей. Тот, что глаза не насмеливался поднять, чтя госпожу и ее возлюбленного. К счастью, все закончилось быстро. Глава охраны велел графине запереться в доме и отправился на разведку. И вернулся очень не скоро. Два или три дня она провела, как в осаде. Опасаясь не столько чужих, сколько своих. Наталья была уверена, что долго мятеж не продлится — набольшее до полудня... Ну, день, ну, два... Если повезет бунтовщикам, тюрьму возьмут штурмом. И винные склады. А потом все устанут и разбредутся по домам. Претору останется только переловить зачинщиков и перевешать на фонарях. А еще она мечтала, как Луций Сергий придет за ней. Или пошлет отряд... А вернулся этот негодный глава охраны! Вернулся, воняя кровью и дымом, и сказал, что становится только хуже. Покидал в сумку деньги и драгоценности, поволок Наталью за собой. Особняк был пуст. Сквозь окна с содранными шторами она увидела — туман клочьями рвется над садом, открывая величавое зарево на полнеба: Састина горит. Почему она накануне этого всего не осталась в Тверже? Репутация, и без того гнилая, прекрасно вынесла бы этот удар! |