Книга Печатница. Генеральский масштаб, страница 52 – Алена Шашкова

Намек поняла: не выпячиваться. Это делает типография, а не я. Я всего лишь присматриваю.

После короткой паузы ко мне подошел молодой поручик, видимо, из тех, кто прибыл вместе с генералом. Приятный, безупречно вежливый, но явно привыкший, что барышни падают к его ногам. Софья одобрительно кивнула и почти незаметно отошла.

— Баронесса, позволите надеяться на вальс? — спросил офицер с легким поклоном. — Если вы не слишком утомлены после полонеза.

Был великий соблазн отказать. И я бы даже не жалела, что мне придется пропустить этот танец, потому как все тело ныло и требовало отдыха. Но я помнила наставления Софьи: «Лучше, чтобы о вас говорили как о завидной невесте, а не как о сироте при больном отце». Ну, может, невеста и не завидная, но и не серая мышь, которая боится.

— Благодарю, — я вложила пальцы в его руку.

Ритм вальса оказался спасительным. Снова «раз, два, три», но совсем иначе. Привычнее, что ли. Варя любила танцевать и действительно умела это делать. Потому все движения получались легко и намного грациознее, чем я могла ожидать. Главное было — не думать, куда ставить ногу. Как сороконожке.

Поручик вел легко и говорил ровно столько, сколько полагалось воспитанному кавалеру: похвалил мои carnet de bal, заметил, что я произвела немалый шум, и как бы невзначай дал понять, что генерал тоже не остался ко мне равнодушен. Я ответила холодно, что генерал судил обо мне слишком поспешно. По насмешливой улыбке поручика было ясно: он не сомневался, что это впечатление еще успеет перемениться.

Вальс закончился, а мое легкое головокружение — нет. Потому я была очень благодарна, когда офицер проводил меня к буфету с закусками у дальних дверей. Мне нужно было срочно найти чем утолить жажду.

Но еще до того, как я нашла что-то, рядом со мной возник мужчина в черном фраке и с острой бородкой. Я невольно поморщилась: меня почему-то именно такие всегда бесили, у меня было предубеждение, что именно так и выглядят в романах злодеи. Однако тут у злодея вытянутое лицо и пенсне.

А этот мужчина смотрел на меня с сочувствием. «Григорий Иванович», — мелькнуло воспоминание из прошлого Вари. Губернский врач. Именно его притащил в дом Карл, когда ударило папеньку. И, похоже, именно он и ставил пиявки Фридриху.

Кулаки сжались, но я натянула вежливую улыбку.

— Баронесса Лерхен, — чинно поклонился он, а я в ответ сделала книксен. — Позвольте осведомиться, как ваш батюшка?

— Благодарю, Григорий Иванович, — тихо, с немного наигранной тоской произнесла я. — С Божьей помощью. Ест, пытается улыбаться, меня узнает.

Доктор заметно переменился в лице.

— Это весьма отрадно. Если понадобится, я готов заехать завтра. Не ровен час, и второй удар может случиться.

Ты еще накаркай.

— Вы очень добры, Григорий Иванович, — я невинно похлопала ресницами. — У вас же столько очень важных дел и пациентов. Но если что-либо изменится, я непременно дам знать.

Он кивает, вежливо кланяется и уходит. Я, надеясь, что никто не заметит, закатываю глаза и бормочу себе под нос:

— Еще мы кровь не пускали, когда и так организм ослаблен.

— Вы что-то сказали? — раздался рядом вопрос, а я чуть не подпрыгнула от неожиданности.

Это была губернаторша — в своем темно-синем платье, довольно сдержанном по сравнению со многими другими дамами, она смотрелась очень выразительно. Эффектно, я бы сказала. Алмаз, который не требует слишком дорогой оправы — он просто должен сиять.