Книга Печатница. Генеральский масштаб, страница 48 – Алена Шашкова

Дама еще больше поджала свои губы, махнула веером, но книжечку все же взяла. Раз уж даже у губернаторши есть.

Я выдохнула, поискала глазами Софью, но не нашла. Зато заметила, что несколько дам, стоявших у окна, перешептываются, время от времени поглядывая на меня. Хочется надеяться, что они обсуждают книжечки, а не платье прошлогоднего фасона. Я решила, что лучше всего сейчас уйти в бальную залу, сделала шаг к двери и едва не упала.

Словно чертик из табакерки передо мной появился сам Карл. В своем фраке он выглядел чинно и высокомерно. Его и так вытянутое лицо вытянулось еще больше от изумления, которое быстро сменилось холодной яростью.

Впрочем, тут же попытался спрятать свое недовольство за маской благопристойного дядюшки. Скандалить было не в его интересах, но и проигнорировать факт моего присутствия он не мог.

— Варвара? — прошипел он, шагнув ко мне так близко, что я уловила запах его кисловатого парфюма, которым он щедро полил себя перед балом. — Что ты здесь делаешь? Тебе надлежит сидеть у постели больного отца, а не выставлять наше горе напоказ!

Горе? Наше? Как интересно. Я прямо всем нутром чувствую его переживания по поводу состояния брата.

— Добрый вечер, дядюшка, — я растянула губы в безупречной светской улыбке. — Батюшке сегодня значительно лучше. Он даже улыбнулся мне. Как заботливая дочь, я не могла допустить, чтобы в обществе пошли нелепые слухи о проблемах типографии, которые кто-то так старательно распускает. Кстати, не знаете ли кто?

Кажется, я услышала, как скрипнули карловские зубы.

— Я уже поговорил с нужными людьми. Ты не в себе. Иди в гардеробную, я велю заложить сани, — сквозь зубы произнес Карл. — Все можно решить тихо и по-родственному.

— Я прекрасно себя чувствую, не стоит так беспокоиться, — так же тихо, но с ледяной вежливостью ответила я, высвобождая руку. — И никуда не уеду. Благодарю за заботу.

Его взгляд метнулся к моему запястью, потом к столику, где лежала полупустая коробочка из-под бальных книжечек. Карл не был дураком и мгновенно оценил обстановку. Он понял, что его план с украденным приглашением провалился, а я не просто проникла на бал, но и умудрилась привлечь к себе внимание многих дам, в том числе губернаторши.

И даже не сама я, а то, что делает типография. А это было в разы серьезнее, ведь он хотел от типографии избавиться.

— Дерзкая девчонка, — одними губами процедил он, тяжело дыша от напряжения и чуть не теряя пенсне. — Ты думаешь, пара бумажек спасет тебя от опеки? Алексей Дмитриевич уже в курсе…

Я едва ли смогла удержать лицо, когда Карл упомянул предводителя дворянства. Опередил-таки, гад! Ничего. У нас вечер только начинается, я не готова расстраиваться на первых же минутах матча.

— Карл Иванович, рада встрече, — голос Софьи Андреевны прозвучал так кстати, будто прозвучал спасительный свисток.

Она появилась рядом, и словно накинула на меня невидимый щит, показывая, что я под ее протекцией на балу. Я позволила себе немного расслабиться, а Карл, сжав кулаки, отступил на шаг. Его глаза злобно блеснули.

— Сударыня, — коротко поклонился он вдове.

— Ох, я так благодарна, что Варвара Федоровна любезно согласилась быть моей спутницей в мой первый выход в свет после траура, — вежливо проворковала Софья, но ее улыбка говорила иное и, кажется, не совсем цензурное. — Идемте, ma chère.